Османская империя предоставляла множество возможностей христианам, готовым отречься от своей веры. Армии и флот султана были полны дезертиров из Италии, Греции, Сербии и Венгрии. В XIX веке эти военные перебежчики стали настолько многочисленны, что их сформировали в отдельный армейский полк
Архивы инквизиции в Италии полны свидетельств, подобных истории Теодоры. Мусульмане в Османской империи полагались на рабскую силу с христианских земель; в свою очередь, многие христиане имели рабов, захваченных у мусульман. Жизнь на границах была коварной: как для мужчин, так и для женщин минутная невнимательность могла означать десятилетия, проведенные в дворцовом гареме или на галере. Именно это едва не случилось с Джоном Смитом, который после приключения с участием трех турков был схвачен и продан турецкому дворянину, но сумел бежать обратно в Англию через Польшу и Литву.
Плен был незавидной участью. Однако для некоторых христианских женщин добровольный переезд в Османскую империю мог открыть двери, которые в противном случае были бы для них закрыты по причине повсеместной гендерной дискриминации. Саломея Пилштын, родившаяся в 1718 году в католической семье на территории современной Беларуси, вышла замуж за лютеранского врача, который занимался медицинской практикой в Османской империи. Саломея изучила медицину и начала работать офтальмологом. Когда муж бросил ее, она открыла собственную практику сначала в Эдирне, а затем в Софии. Та м она занялась еще более прибыльным делом – выкупом пленных. Она выкупала у османских работорговцев пленных габсбургских офицеров и взимала с их семей плату за возвращение. Одного из таких выкупленных офицеров, немца из Словении по фамилии Пихельштейн (по-польски Пилштын), она оставила себе и вышла за него замуж.
Они отправились в Санкт-Петербург, где она лечила дам при дворе императрицы Анны. После еще нескольких лет путешествий она развелась с Пихельштейном, которого обвинила в супружеской измене, вымогательстве и попытке отравления. Он оказался грабителем, и не последним, с которым она связалась. При этом Саломея была склонна к средневековым обвинениям – например, она считала, что еврейская конкурентка в Стамбуле использует черную магию, чтобы красть ее пациентов. Оставшись одна, Саломея устроилась императорским офтальмологом в гарем султана Мустафы III, а затем отправилась в Крым, где поступила на работу в гарем хана.
Саломея добровольно перебралась с севера на юг и с юга на север, но другим повезло меньше. Бесчисленное множество выкорчеванных военнопленных всю жизнь тосковали по утраченной родине. Для таких несчастных наибольшей надеждой на возвращение было божественное заступничество. Одна народная сказка повествует о молодой женщине из Сараево, взятой в плен австрийцами во время террористического набега под предводительством принца Евгения в 1697 году. Ее отвезли в Вену и заставили убирать покои принца – все, кроме одной комнаты, куда ей было запрещено входить.
Однажды, когда принца не было дома, она открыла дверь в его дворец и встретила добродушного старика в тюбетейке. Тот расспросил ее о жизни и о том, как она оказалась в этом странном городе среди неверных. Она рассказала ему о своей прежней жизни в Сараево, о разграблении города и о том, как принц Евгений увез ее на север в качестве добычи. Затем старик спросил, знакома ли ей мечеть Магриба в западной части Сараево и хотела бы она сейчас побывать там. Женщина кивнула. Старик сказал: «Встань на мой халат и закрой глаза!» Она закрыла глаза и встала на его халат. Когда она открыла их, она снова оказалась в Сараево.
