— Я зашел проведать больного, которого показывают по телевизору, а этот, — Лом кивнул на волонтера, — кинулся на меня с кулаками. Пришлось защищаться. И все. Никого я не душил. Просто наклонился к больному, посмотреть, как он, а тут врывается второй и снова с кулаками…
— Ладно, Лом. Мы с тобой наговоримся в милиции, и во всем разберемся — успокоил Вольдемара Василий, — А пока пошли из палаты, пусть доктора посмотрят наших потерпевших. И если, Лом, кто-то из них уже покинул этот свет, то я боюсь, что наши с тобой разговоры вовсе не состоятся.
В реанимации уже стало тесно от людей в белых халатах. Василий повел Лома вниз, в машину, а Степан и Алексей остались в коридоре — им важен был вердикт докторов по обоим потерпевшим от рук Вольдемара.
— Такой вот из меня получается руководитель, — корил себя Степан, — я привык на своем участке отвечать только за себя, а тут коллектив. Не подстраховали мы опера, и я один в этом виноват. Только бы жив остался, а этот урок я на все свои оставшиеся дни запомню. Если я загубил парня, то сразу пишу рапорт об увольнении — не дорос до такой должности. Ты подходил к нему, он жив?
— Не успел я его посмотреть, — ответил Алексей, — я пока с Ломом возился, врачи набежали, и к твоему оперу меня уже не подпустили. Сейчас Оля выйдет и все нам скажет. По большому счету, мы с тобой оба виноваты — спровоцировали Лома и пустили ситуацию на самотек.
Ольга вышла из реанимационного отделения через несколько минут.
— Все живы, — поспешила она успокоить Алексея и Степана, — Леша вовремя подоспел. У Вашего сотрудника закрытая черепно-мозговая травма. Ну и врачи предполагают ушиб мозга. Он уже в сознании. Со вторым пациентом дела обстоят немного хуже. Николаю на прошлой неделе сделали несколько операций и постепенно начали приучать его легкие к самостоятельному дыханию. А сегодня все усилия врачей перечеркнул ваш знакомец Лом. Сейчас нашего пациента снова подключили к аппарату искусственного дыхания, и о стабилизации его состояния речь снова не идет.
— Главное, что оба живы, — сказал Алексей, — твой опер, Степан, уже через недельку вернется на работу. Так, что ты не переживай. Парень во многом сам виноват — активнее надо быть.
— Алексей, а как ты узнал о планах Карлы? — в Степане проснулся следователь, — и, главное, так оперативно!
— Действительно оперативно, — улыбнулся Алексей, — но это заслуга Ивана Тимофеевича. Все-таки, человек преодолел свой страх и все рассказал. Правда, не мне, а моей маме. Но это ничего не меняет. Фактически это он Николаю сегодня спас жизнь. Оля, давай я тебя отвезу домой. А-то мне как-то страшно сегодня тебя здесь без присмотра оставлять.
— Придумал! Я здесь не одна. И у меня пока много незавершенных вопросов. Ты, Леша, езжай домой. Тебе тоже отдых необходим. А я сама доберусь. Я сегодня на машине. И, пожалуйста, не отвлекай меня. Я хочу освободиться от всех дел и послезавтра целый день провести в твоем обществе. У тебя ведь выходной? Не смотри на меня с подозрением — в твой телефон я прослушку не устанавливала. Твой рабочий график мне Наталья Викторовна рассекретила.
— Понятно, — повеселел Алексей, — тогда тебе, наверное, известно, что у меня не один выходной, а целая неделя и, причем, с завтрашнего дня?
— Это мы еще обсудим. А сейчас я с вами прощаюсь. Леша, до встречи! Хотела бы завтра, но не получится.
— Все серьезно? — спускаясь по лестнице, спросил Степан.
— Это личное, — ответил Алексей, — Давай не будем этот вопрос обсуждать. Ты с Ломом когда начнешь работать? Очень хочется хоть что-то узнать о Николае. И Карлой я тоже всерьез заинтересовался. Уникальная уголовница. Вроде, как она есть, и в то же время ее нигде нет! Мои бойцы ее называют виртуальной бомжихой.
— Да, мошенница еще та! А с Ломом я решил поговорить прямо сейчас. Нравится мне поговорка — куй железо пока горячо. Может, удастся его разговорить, пока не очухался. Ты со мной?
— Спасибо за разрешение, — поблагодарил Алексей, — сам хотел к тебе на допрос напроситься. До сих пор руки чешутся, как следует ему морду разукрасить. Я ведь к нему почти не прикоснулся. Руку маленько примял, вот и все его травмы. Представляешь — подушкой душит щупленького паренька здоровенный шкаф, отожравшийся бесплатной курятиной. Картина, я тебе доложу, не для слабонервных. Кстати, Степа, в палате, где лежит Николай, установлена камера видеонаблюдения. Ольга об этом мне сказала еще неделю назад. Она уже тогда беспокоилась о безопасности этого пациента. После исчезновения Ивана Тимофеевича Ольга распорядилась, чтобы установили видеонаблюдение. Поэтому и врачи в палату прибежали через пару минут после меня. Ольга по профессии журналист, и на криминал у нее особое чутье. Ты, наверное, помнишь ее криминальные хроники на местном телевидении?
— Конечно, помню, — ответил Степан, — она на самом деле талантливый журналист. А все-таки ты хочешь о ней говорить!
