Однажды мне кусок душистой глиныДал банщик – «На, возьми-ка для мытья».«Ты мускус или амбра», – в изумленье,Вдыхая благовонье, молвил я.Она: «Я – прах, но роза расцветалаНедалеко от моего жилья;Была б я прахом, но явилась роза —Переменилась вдруг судьба моя!»Аллах, осчастливь мусульман его долгой жизнью; его прекрасные и достохвальные добродетели умножь, его друзей и наместников возвысь, а недругов и недоброжелателей унизь; за то, что он прилежно читает Коран, его страна пусть живет безопасно, а жизнь его наследника пусть будет прекрасна!
Он счастье в мир принес – пусть сам он счастлив будет,Пусть одоленье Бог дарит ему с небес,Пусть возрастает ветвь сего благого корня —Мы от благих семян высоких ждем древес!Строгостью справедливых правителей и стараниями ученых попечителей да сохранит Творец Всевышний, Всевеликий в безопасности чистую землю Шираза – вплоть до Страшного суда!
Фарсистан не знает горя от насилья —Им тень Бога правит, солнце наших дней,На земле надежней не найдешь приюта,Чем порог высокий у твоих дверей;О несчастных душах думаешь ты вечно,Бог же – о награде для души твоей.Сколько б мир ни длился и ни веял ветер,Ты на Фарс, о боже, ветром бед не вей…<p>Причина написания этой книги</p>Однажды ночью, о минувших годах размышляя и даром погубленную жизнь в памяти оживляя, камни дома сердца своего я подтачивал алмазами слез и твердил следующее стихотворение, показывавшее мое тогдашнее положение:
Один лишь вздох уходит каждый миг,Но ты взгляни – остаток невелик!Ты, пятьдесят проживший лет! Быть может,Тебя пять дней оставшихся встревожат?Уйти, не сделав дела, – это стыд!Не взвален вьюк, хоть барабан гремит!Не нужно спать, о путник, слишком много —Ведь впереди неблизкая дорога!Пришедший в мир стал строить новый дом,Не кончив, был сменен другим жильцом.И у другого были те ж мечтанья,Но вот – никто никак не кончит зданья…Неверного ты другом не зови,Изменчивый достоин ли любви?Пусть умереть и злым и добрым надо,Верши добро – и в том твоя награда!Бери припас с собою, друг, в поход, —Потом его никто не принесет!Жизнь – снега горсть под ярким солнцем мая.Он тает – так о чем мечта пустая?Пойдешь с пустым на рынок кошельком —Боюсь, вернешься ты с пустым мешком.Ты на корню проел свой хлеб – не диво,Что в жатву ты получишь только жниво.Обдумавши всесторонне эту мысль, за благо счел я поселиться в обители уединения, отказаться от дружеского общения и праздных речей избегать, чтобы потом, раскаявшись, себя не ругать:
Молчаливо сидящий в углу, прикусивший язык,Лучше тех, кто язык за зубами держать не привык.В это время зашел ко мне по старому обычаю мой друг, спутник мой на трудных караванных дорогах, мой товарищ по учению в медресе. Но как ни весел был его разговор, как он передо мною ни расстилал забавы ковер, я не отвечал на его реченья, не поднимал головы от колен поклоненья. Обиделся он на меня, поглядел и так сказал:
Ты покуда можешь говорить,Время проводи в беседе, брат,Завтра, как настанет смертный час,Ведь уста невольно замолчат.Кто-то из близких моих знакомых так сказал ему о моем решении:
– Решил он и твердо намерен остаток жизни Богу служить и в полном безмолвии жить. Возьмись и ты за ум, встань на путь воздержания.
Ответствовал мой друг:
