Гольди почувствовал холод в ногах.
— Откуда вам это стало известно?
— Об этом говорили все.
— А откуда вообще поступила эта информация?
— Я не знаю.
— Плацци повел туда людей без предварительной разведки? Даже не выяснив точно, что там происходит?
— Я не знаю,— повторил Мутти.— Наверное, он думал, что вид полиции остановит стреляющих…
Словно в насмешку над словами сержанта, треск автоматных очередей со стороны монастыря резко усилился. «Соваться в такое пекло без предварительной подготовки — чистейшей воды безумство,— подумал Гольди, чувствуя, что ноги его холодеют все больше.— Если Пандора и Борзо привели туда всех своих людей, сейчас в монастыре должно быть не меньше полутора сотен человек. У Плацци — всего семьдесят. Надеяться на то, что стреляющие остановятся от одного лишь вида полицейских эмблем, так же глупо, как пытаться тушить горящий дом стаканом воды…»
— У вас есть связь с лейтенантом, сержант?
— Нет. Связь с Ональдо держали в одной из уехавших машин.
Гольди высунулся из-за автомобиля и посмотрел в сторону монастыря. После последнего усиления стрельбы она как-то вдруг стихла, и сейчас автоматные очереди звучали слабее и как будто реже. Гольди подумал, что сейчас бы им не помешала парочка бронированных вертолетов. Словно прочитав его мысли, Мутти выдохнул:
— Хорошо бы поднять «вертушку», комиссар, тогда бы мы точно знали, что там происходит…
Гольди подумал, что для того, чтобы связаться через диспетчерскую с аэропортом, найти пилота и поднять вертолет в воздух, потребуется минут десять — пятнадцать. О вертолете надо было думать раньше — прежде, чем бросать людей в это пекло.
— Сколько это уже продолжается? — спросил он, кивая в сторону монастыря.
— Стрельба?
— Да.
— Около восьми минут.
«Восемь минут непрерывной стрельбы из автоматов? — подумал Гольди.— Господи, да это же настоящий бой!»
Повернувшись, он оглядел скорчившихся за машинами полицейских. Кроме него самого, здесь было десять человек. С такими силами соваться к монастырю бесполезно. Лучше всего им оставаться здесь и контролировать хотя бы этот выход к шоссе. Впрочем, одно им сделать необходимо и в первую очередь — выяснить, что стало с полицейскими, отправившимися к монастырю.
— Сколько времени прошло с момента, как Плацци увел людей?
— Почти три минуты.
— Как вы думаете, Мутти, что с ними стало?
Сержант судорожно сглотнул и покачал головой. Впрочем, взгляд его красноречивее любых слов сказал о том, что он думал.
— Надо выяснить, что с ними случилось,— сказал Гольди и достал пистолет.
— Что вы собираетесь делать, комиссар? — с беспокойством прокричал Мутти.
— У меня бронированная машина… Я подъеду к воротам монастыря и посмотрю, что там творится.
— Не делайте этого, комиссар! — выдохнул Мутти.— То есть я имею в виду, что лучше подождать подкрепления…
— Какого подкрепления, сержант? — Гольди придвинулся к Мутти и заглянул в расширившиеся зрачки его глаз.— В городе остался взвод карабинеров, половина из которого спит после ночной смены, половина — в выходном, да десяток патрульных, которым для того, чтобы добраться сюда, потребуется десять минут… Парням, застрявшим у монастыря, помощь нужна сейчас.
Глядя на напрягшееся лицо Мутти, он добавил:
— Вот что, сержант, сделайте-ка доброе дело. Есть у вас еще оружие, кроме этого? — Гольди кивнул на «узи» в руке карабинера.
— Да.
— Отлично. Дайте мне ваш автомат, возможно, он пригодится мне там.
Сержант молча протянул оружие. Комиссар, взяв его в левую руку, положил пистолет в кобуру. Потом он повернулся к «ланче», но, прежде чем идти к ней, сказал:
— Свяжитесь с комиссариатом, опишите диспетчеру, что здесь творится, и пусть шлют сюда всех, кто еще остался. Потом перекройте съезд на грунтовку и держите эту дорогу, что бы ни случилось. Понятно?
Мутти по-мальчишески облизнул губы и кивнул.
Гольди высунул голову из-за капота машины, оглядел проселочную дорогу, теряющуюся в зарослях ив, и не заметив на ней ничего подозрительного, быстро пересек открытое пространство между автомобилем Мутти и «ланчей».
Оказавшись у своей машины, он стукнул в дверь. Джей Адамс открыла замок, Гольди распахнул дверцу и приказал:
— Вылезайте из машины, Джей!
— Что? — Навалившись всей грудью на водительское сиденье, Джей Адамс взглянула на комиссара испуганным взглядом.
— Вылезайте из машины,— повторил тот.— Шутки кончились: я еду к монастырю, а там стреляют. Останетесь здесь — с сержантом и его людьми.
Джей Адамс открыла рот, словно хотела возразить, но, видимо, выражение лица Гольди отсоветовало ей это делать. Она молча выкарабкалась из машины, неуклюже зацепившись при этом штаниной джинсов за рычаг переключения скоростей, а, оказавшись на земле, тихо выругалась. Гольди повернулся к Мутти и крикнул:
— Сержант, позаботьтесь об этой женщине! Она важный свидетель!
Он подтолкнул Джей в спину, и через несколько секунд та оказалась у соседнего автомобиля, между Мутти и седым полицейским с красным лицом. Тем временем Гольди забрался в свою машину, захлопнул дверь и повернул ключ зажигания.
