- Это?! – Перуччи приподнял в руке ее содержимое и продемонстрировал камерам, - Ну что вы, это не человеческий эмбрион, разумеется. Но это его абсолютно точная копия. Мы заказали ее у специалистов по спецэффектам. И уверяю вас, она идеальна. Даже ведущие эмбриологи не смогли отличить эту копию от настоящего эмбриона. И как мы все сейчас убедились, ни вы, ни тем более мадам Сонг не проявили к человеческому эмбриону, декларируемой пламенной любви. И тому есть простое объяснение. Эмбрион совсем не похож на младенца, и потому его вид не служит триггером для запуска родительского инстинкта.
Наводит на определенные размышления, не так ли?
Клей не отвечал. Он был раздавлен. И лишь, как выброшенная на берег и задыхающаяся рыба, периодически разевал рот для безмолвного судорожного вздоха.
…
Каминная комната загородного клуба была пуста. Лишь два человека расслаблено сидели в кожаных креслах, глядя на огонь и грея в руках бокалы с дорогим коньяком.
- Знаете… - Граф восхищенно покачал головой, - Я конечно ожидал, что вы выиграете эти прения, но что с таким отрывом.
Перуччи пожал плечами.
- Результат был предопределен изначально. Клей прекрасный адвокат, но он прежде всего юрист. Он мало работал с судами присяжных. А людей не интересует какой-нибудь всеми забытый судебный прецедент прошлого века. Их интересует хорошее шоу, - флегматично заявил он.
- И вы обеспечили это шоу на сто процентов!
- Обычно, когда я выигрываю дискуссии по вашей просьбе, мне это впоследствии дорого обходится, - едко заметил адвокат.
- Ну, в этот раз ситуация кардинально другая. Это все-таки был не Такар.
- Так юридическое сопровождение сделки с правительством Сараста…?
- Да, договор будет подписан именно с вашей фирмой, - заверил Перуччи дипломат.
- И потом…? – уточнил адвокат.
- Потом будет много закулисной работы, - вздохнул старший дипломатический советник Александр Граф,
- Интриги. Заговоры. И, в конце концов, покушение на нас, осуществленное «Щитом жизни» прямо на Сарасте.
- Когда именно осуществленное? – хмуро осведомился Перуччи, - Люблю, знаете ли, точность в подобных вещах.
- Есть мнение, - умиротворенно ответил Граф, - Что нас попытаются убить по пути на презентацию генно-модифицированных растений, призванных спасти Сараст от голода. Только преждевременная детонация бомбы перед нашим кортежем спасет нас от неминуемой смерти. И нападение будет отбито. Вы ведь согласитесь, что нападки на только что избежавших гибели будут смотреться очень некрасиво?
- Соглашусь, - подтвердил Перуччи, - Но я все же поеду в одном с вами автомобиле. Так… На всякий случай. Чтобы не оказалось, что гибель одного известного адвоката еще сильнее повлияла на общественное мнение в нужном русле.
Граф удивленно взглянул на Перуччи поверх бокала.
- Вы в самом деле полагаете, что…? – удивился он.
- Я нахожу этот вариант крайне маловероятным, - заверил его адвокат, - Я ведь полноправный гражданин Мирры как-никак. Просто не могу отказать себе в удовольствии находиться с вами в момент перед вашим триумфом.
- И за несколько минут до того, как вы станете еще богаче, - напомнил Граф.
- И это тоже, - согласился Перуччи.
…
После выхода из вирта и отключения от нейрошунта, расширенные зрачки еще какое-то время мечутся, пытаясь приспособиться к новой слишком примитивной, слишком банальной, слишком простой и всего лишь трехмерной, если не считать времени, реальности. И, на самом деле, реальности вообще нет. Стасу ли об этом не знать. Все, что мы принимаем за реальность - это лишь колебания электромагнитных волн, и выброс нейротрансмиттеров в синаптические щели в нейронных сетях мозга. Мозг — это нейрокомпьютер.
