- Да вы сидите! Пейте квасок! Прекрасный квас делает хозяйка дома, в котором я квартирую.
Вы, я почему-то думаю, хотите спросить у меня есть ли у меня свободная должность командира взвода? - хитро прищурясь, спросил Барбович и покрутил усы.
- Ничего себе! - восхитился Владимир, - мысли мои прямо прочитал.
- Так точно! - ему сразу же стал нравиться этот человек с пытливыми умными глазами.
- Нет свободных должностей. Почему? Потому что отменены отпуска. Потому что, слава Богу, никто из офицеров эскадрона не болеет. Будете, корнет, первое время присматриваться, набираться опыта, а потом, совсем скоро, я в этом уверен, образуется и вакансия командира взвода. Вам ясно?
- Так точно! - снова подскочил из-за стола Владимир.
- Подождите меня здесь. Я должен надеть мундир, через двадцать минут у меня собираются все офицеры второго эскадрона.
- Господа офицеры, имею честь представить вам выпускника Николаевского кавалерийского училища корнета Головинского, который будет служить в нашем эскадроне. - Сказал Барбович собравшимся офицерам.
К Владимиру стали подходить офицеры и подавать ему руку:
- Гурский, поручик.
- Васецкий, корнет.
- Дзугаев, корнет.
- Двигубский, корнет.
- Господа офицеры, кто из вас мог бы приютить на время корнета Головинског пока он найдёт себе квартиру? - обратился Барбович.
- Я! - ответил высокий стройный корнет с алым румянцем на щеках.
- Хорошо, Васецкий! - похвалил того Барбович.
- Господа офицеры, ситуация в Европе становится всё более сложной. Я, лично, уверен, что большой войны не избежать, поэтому мы должны быть к ней готовы. На завтра объявляю смотр во взводах. А через день - смотр эскадрона. Требую от вас уделить особое внимание содержимому вьюков ваших солдат. В них должны находиться те вещи, которые предписаны Уставом, а не чёрт знает что! На следующей неделе проведём стрельбы.
Головинский слушал и ещё больше восхищался своим командиром:
- Прост, требователен, краток.
Владимир с Пётром Васецким сидел за столом накрытым белой скатертью и ел наваристый огненно-горячий борщ.
- Хозяйка мне попалась просто замечательная: чистоплотная, образованная, готовит вкусно. Жена учителя местной гимназии. - Рассказывал Головинскому Пётр.
- Да я вижу, что всё вокруг белое, чистое, выбеленное. - Согласился с ним Владимир.
- А спать будешь в соседней комнате. Я сейчас дам команду своему денщику, чтобы он из склада принёс тебе кровать раскладную. Пока так, а потом поступай, как ты захочешь: или живи здесь, будем расходы поровну делить, или подыскивай себе квартиру.
- Спасибо, Пётр! - поблагодарил Васецкого Владимир.
Головинскому очень понравился его новый товарищ по-службе. Он, не стесняясь, начал спрашивать совета о том, как ему действовать в ближайшие дни.
- Владимир, завтра, прямо с утра тебе надо объехать квартиры всех офицеров полка и представиться им. Я в твоё распоряжение дам своего денщика, он тебе поможет.
- А взводный смотр? - удивился Головинский.
- А зачем он тебе? У тебя же взвода нет. А тебя, до официального представления в офицерском собрании, должны уже знать все офицеры полка. Это у нас негласный закон . Понял? - запивая котлету с жареным картофелем вишнёвым компотом, объяснял ему Васецкий.
- Да.
- На обеде в офицерском собрании тебя обильно будут угощать спиртным. Отказываться нельзя, но напиваться и терять над собой контроль тоже нельзя. Это у нас своеобразная проверка. Понял? - продолжал Пётр.
- Да, спасибо!
- Ну а настоящим членом "полковой семьи" ты станешь только после старинного ритуала. Для этого должно пройти время.
- Какое время? Месяц, два или больше? - поинтересовался Владимир.
- Это будет зависеть только от тебя. К тебе, Головинский, будут присматриваться и решать достоин ли ты быть членом "полковой семьи". Меня, например, пригласили для прохождения ритуала после четырёх месяцев службы в полку.
На следующий день Головинский , сопровождаемый денщиком Васецкого рядовым Глазковым, до обеда успел повстречаться со всеми офицерами Десятого гусарского Ингерманландского полка и представиться им. Во второй половине дня его вызвал ротмистр Барбович.
- Корнет, в ваше распоряжение поступает рядовой Будкин, который будет исполнять обязанности вашего денщика и рядовой Мищенко, который будет вашим вестовым. - Объяснил Владимиру командир второго эсадрона.
- Благодарю вас, господин ротмистр!
- А теперь идите в конюшню и возьмите себе " Камчатку" - лошадь из резерва. Будете ею пользоваться до тех пор, пока не приобретёте себе собственного коня.
- Слушаюсь, господин ротмистр! - радостно козырнул Барбовичу Головинский.
"Камчатка" была хорошо развитой четырёхлетней кобылой серой масти, как и все кони в Десятом гусарском Ингерманландском полку.
- Хитрющая и вредная сволочь! - так отозвался о ней ветеринарный врач Осипов.
Головинский лично покормил "Камчатку", дал ей вдоволь воды. Затем, поглаживая её по крупу и шее, принялся ласково нашептывать кобыле на ухо:
- Не верю, что ты - сволочь! Ты, "Камчатка" - умная и преданная лошадь.
