Одного пленника пришлось уничтожить, чтобы выполнить заказ императора. Да и то, не сказать, что это успешно получилось. Ни один из известных учёному способов убийств не сработал на этом странном создании. Лишь мощный взрыв, который разметал остатки тела по герметичному помещению, помог хоть как-то разобраться с этим монстром.
— Хоть как-то… — профессор вслух повторил заветные слова, поглядывая на полку над своей головой.
Там, в закрытой стеклянной банке, на которую наложили бешеные защитные заклинания, скребётся единственный уцелевший палец подорванного перса.
— Как тебя, блин, убить? — профессор вернулся к своей основной задаче.
Старый и опытный мужчина понимал, что подобный результат не устроит императора. Стоит ли говорить, что злой и недовольный Михаил Романов — страшное зрелище. Учёный даже представлять не хотел момент, в котором вся ярость императора направлена именно на него.
Надо, значит, продолжать проявлять чудеса фантазии, пытаясь-таки отыскать слабое место этого существа.
Оно есть. Обязательно должно быть! Пусть профессор не в курсе, где оно находится, но время пока что есть.
— Эксперимент номер 1618. В качестве потенциального оружия против объекта с кодовым названием «Живчики» попробую применить негатор магии, — пробормотал в диктофон учёный.
Он сам не верит, что это поможет, вот только в предыдущих 1617 попытках перебрал чуть ли не всё, что пришло в голову. Пришлось раскошелиться и выбить из начальника столь дорогущую штуку. Чуть ли не клясться пришлось, что вернёт столь дорогой прибор в целости и сохранности.
Ну а что с ним может произойти? Не одноразовая же штука, пусть и очень много маны надо для подзарядки.
Учёный убедился, что все нужные приборы включены, после чего подошёл к столу, на котором зафиксированы останки «Неубиваемого».
— Ну и мерзость, — в очередной раз за последнюю неделю не сдержал он своих эмоций.
Что тут ещё сказать, реально мерзость. Многочисленные подрагивающие кости и мышцы, которые всё это время пытаются дотянуться друг до друга.
— Зато интересно, — всё же добавил старый мужчина.
Ещё бы, до сих пор не может понять, каким образом они продолжают это делать. Магии в них вообще никакой не получилось обнаружить, а гниение даже не начинается. Такое чувство, словно бедного подопытного разделали несколько секунд назад.
— Ну, начинаю! — устало выдохнул профессор, начиная работу с негатором.
Выставил нужную область действия, навёл на стол и нажал на кнопку активации…
— Это ещё что такое? — удивлённо вскрикнул он, отпуская мгновенно раскалившуюся ручку прибора и отскакивая назад.
Мало того, что негатор магии за долю секунды нагрелся до каких-то бешеных температур, так он ещё и начал потрескивать! В сторону останков персидского воина начали стрелять пучки энергии. Словно молния, которая раз за разом бьёт в громоотвод.
В помещении резко похолодало, свет моргнул и выключился. Многочисленные приборы, которые завязаны как на электричестве, так и на магии, тоже отрубились решив, что с них хватит.
Единственным источником света в помещении остался негатор, который с каждой секундой разгорался всё ярче и ярче. Пучки сил практически непрерывно били по экспериментальному столу, даже не рассмотреть, что там такое происходит.
Профессор успел порадоваться, что у него нет эпилепсии, иначе валялся бы уже на полу в неадекватном состоянии. Это, в прочем, особо ничем не отличалось бы от нынешней ситуации. Всё равно не получается рассмотреть, что же происходит с останками «неубиваемого». Слишком сильно слепят эти отрезки, фактически соединяющие негатор с частями подопытного.
— О, закончилось? — недоверчиво пробормотал учёный.
Висящий в воздухе жезл резко перестал работать, упав на пол. Сразу же включился свет, а многочисленные приборы начали сигнализировать о куче критических ошибок, сообщая как о своём плохом самочувствии, так и о перегоревших датчиках.
— Эксперимент 1618 требует повторения в более комфортных условиях, — заявил профессор в заработавший диктофон, осторожно подходя к лабораторному столу.
Там, на том месте, где ещё минуту назад активно шевелились чужие кости и мышцы, царит полнейшая тишина и спокойствие. Останки даже не обуглились, они просто перестали двигаться, окончательно замерев.
— У тебя тоже свет вырубался? — заглянул в помещение начальник учёного. — Фигня какая-то творится по всему корпусу, электриков вызвали уже.
— Это из-за меня, наверное…
— Ты уронил негатор?! — взгляд руководителя упал на дорогостоящий прибор. — А что с ним такое? Цвет явно другой был… — он подошёл к негатору и попытался поднять его, но тут же одёрнул руку, получив ожёг от раскалённого металла.
— Сломался, наверное, — пожал плечами учёный, продолжая изучать лабораторный стол.
— Скажи, что это всё не зря, иначе…
— Они перестали дёргаться. Не зря. Мне нужен ещё один негатор и живой «неубиваемый», чтобы подтвердить свою теорию…
«Лишь бы это не было совпадением», в который раз за последние пару дней взмолился про себя бедный учёный.
