Построенная по частям, а затем собранная в глубоком космосе, "Точка Невозвращения" стала самым большим из всех когда-либо построенных кораблей разведывательного класса. Обладая размерами эсминца, судно было полностью неуловимо для радаров, а когда его двигатели работали на мощности ниже 30%, оно ничем не отличалось от межзвёздного пространства. Таким образом, "Точка Невозвращения" стала штабом полевого
командования и центром управления для Третьего отдела Службы военной разведки ККОН.
Очень немногим довелось увидеть этот корабль, ещё меньше счастливчиков побывали на его борту, а доступом к этому помещению во всей галактике обладали только 20 офицеров.
Белая стена разошлась в разные стороны и внутрь вошли трое человек. Их сапоги простучали о металлическую решётку.
Первым вошёл контр-адмирал Рич. Ему было всего сорок лет, но волосы уже покрылись сединой. Именно он командовал тайными операциями в Третьем отделе и отвечал за каждую полевую операцию, исключая те, что касались программы "Спартанец-II" доктора Халси. Усевшись справа от Акерсона, он взглянул на воду в графине и нахмурился, после чего вытащил и открыл личную золотую фляжку. В нос Акерсону тут же ударил запах дешёвого виски.
Следующим был капитан Гибсон. Этот человек передвигался словно пантера, сильно опускаясь при шаге, что говорило о том, что он недавно был в невесомости. Капитан был штабным офицером, отвечающим за спецоперации. В целом, тот же контр-адмирал Рич, только занимающийся грязной работёнкой.
И, наконец, вошла вице-адмирал Парангоски.
Двери сразу же закрылись за ней. После нескольких щелчков замки встали на место, и комната погрузилась в необычную тишину.
Парангоски осталась стоять и осмотрела всех своим стальным взглядом, пока наконец не остановилась на Акерсоне.
— Надеюсь, у вас была очень веская причина, чтобы собрать нас всех здесь по закрытым каналам, полковник.
Вице-адмирал выглядела весьма хрупкой женщиной, и казалось, будто вместо фактических семидесяти лет ей было все сто семьдесят. Но это было обманчивое впечатление: Акерсон считал её одной из самых опасных фигур в ККОН. Если кто-то и обладал реальной властью над СВР, так это она. Насколько ему было известно, лишь один человек перешёл ей дорогу и остался жив.
Полковник Акерсон выложил четыре планшета на стол. На их боках загорелись биометрические сканеры.
— Прошу, адмирал, — сказал он, — если вы не против.
— Прекрасно, — проворчала она и уселась. — Я слушаю.
— Здесь ничего нового, Маргарет, — пробубнил адмирал Рич.
Она посмотрела на него пронзительным взглядом, но промолчала.
Трое офицеров изучили документ. Гибсон глубоко вздохнул и оттолкнул планшет от себя.
— Спартанцы, — проговорил он. — Да, мы все знакомы с их послужным списком. Весьма впечатляюще.
Но судя по хмурому выражению лица, "впечатление" явно было не тем чувством, которое он испытывал.
— Мы уже знаем ваше мнение по поводу этой программы, полковник, — прокомментировал Рич, — И я надеюсь, что вы позвали нас сюда не для того, чтобы попытаться ещё раз закопать Спартанцев.
— Нет, не для этого, — ответил Акерсон. — Откройте, пожалуйста, страницу двадцать три и вам станет ясна цель собрания.
Они неохотно посмотрели в его доклад. Брови Рича удивлённо поползли вверх.
— Я никогда не видел этих цифр раньше... сборка доспехов "Мьёльнир", обслуживающий персонал, и недавние обновления их микроядерных реакторов. Боже! Да на те деньги, что растрачивает Халси, можно построить новую группу боевых кораблей.
Вице-адмирал даже не удостоила взглядом цифры.
— Я уже видела это прежде, полковник. Да, Спартанцы являются самым дорогостоящим проектом нашего отдела, но в тоже время и самым эффективным. Давайте ближе к делу.
— А дело вот в чём, — сказал Акерсон. Пот струился по его спине, но голос звучал уверенно. Если Парангоски что-то не понравится, она может перевернуть его жизнь с ног на голову и тогда скоро он узнает, что его понизили в звании до сержанта и послали патрулировать какой-нибудь захолустный окраинный мир. Если не хуже.
— Я не утверждаю, что нам нужно забыть про Спартанцев — продолжил он, сделав широкий жест руками. — Напротив, мы ведём войну на два фронта. Повстанцы, подрывающие нашу экономику во внешних колониях и ковенанты, которые, насколько мы знаем, стремятся к полному уничтожению человечества, — Акерсон выпрямился, встретившись со взглядами Гибсона, Рича и, наконец, Парангоски. — Я предлагаю следующее: нам нужны ещё Спартанцы.
На крохотных губах вице-адмирала заиграла едва заметная улыбка.
— Чёрт, — прошептал Рич, отхлебнув глоток из своей фляжки с виски. — Теперь я услышал достаточно.
— К чему вы клоните, полковник? — потребовал разъяснений Гибсон. — Вы ведь всегда выступали против Спартанцев-II доктора Халси с того момента, как она начала программу.
— Да, так и есть — сказал Акерсон. — И я всё ещё против них.
Он кивнул читающим.
— Слайд сорок два, пожалуйста.
Они перелистнули дальше.
