На его губах появилась уже почти забытая мной солнечная улыбка, вот только в ответ я не улыбнулась. Сердце наполнила жгучая смесь запрограммированной любви, вины за его гибель, ненависть за предательство и отвращение за протокол боли. Но я все равно сумела со спокойным лицом сказать:
– С возвращением, хост.
Эта простая фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы. Собравшиеся в чистом белом пространстве системы и хосты хорошо знали двух самых легендарных трансмиграторов мира Фэнтези: меня и Макса. И когда они увидели меня в системной форме, обращающейся к легендарному без вести пропавшему герою, удивленные крики взметнулись до небес.
Такого торжественного приема бывший хозяин не ожидал. Он подошел ко мне и тихо поинтересовался:
– А что здесь происходит? Я выиграл в лотерею?
– В каком-то смысле, – усмехнулась я.
Призрак не мог спокойно стоять с смотреть, как его пленница разговаривает с соперником. Он рванул вперед, намереваясь как минимум добить воскресшего, но… сколько времени прошло? Мир уже успел измениться, и ничто не будет так, как прежде.
Я резко подняла руку в останавливающем жесте, и Призрак замер, глядя мне в затылок широко распахнутыми глазами. В его взгляде были удивление, нежелание, боль и ревность, но вместе с тем… надежда? Да. Маленькая тихая надежда, и он сам не знал, на что именно надеется.
Продолжая неотрывно смотреть на лицо бывшего хозяина, я вдруг ощутила собственную нелепость. Такая смешная, неловкая, наивная девочка, которая злилась на парня, который о ней даже не думал. Еще и планы какие-то строила.
Я вдруг вспомнила все сорок миров и две прожитые жизни и не могла не почувствовать, что все мои страдания ничего не стоили. Я сама оказалась пустым звуком.
Он ведь даже не узнал меня.
Хотя в последнем я сама виновата. Зачем маскировалась под систему-проводника? И если не сейчас выйти открыто, то когда? Другого шанса расставить все точки у меня уже не будет.
– Они приветствуют вас, – сказала я Максиму. Мужчина повернул голову и удивленно посмотрел на меня. – Ведь вы – легендарный трансмигратор, который прошел девятнадцать миров без единой ошибки и без вести пропал в двадцатом мире много лет назад. Ваш рекорд прохождения миров очень долго никто не мог побить.
Макс открыл рот и удивленно округлил глаза:
– Что? Много лет? Пропал? 202, я не понимаю, о чем…
В этот момент я окончательно поняла, зачем стремилась воскресить бывшего хозяина. Это было сделано не для того, чтобы слушать его лживые слова. Нет. Я вернула его, чтобы он стоял и слушал. Будет справедливо, если теперь говорить буду я.
– Конечно, она очень возбуждены этой встречей с легендой. Они ведь понятия не имеют, что ты ни одного мира самостоятельно пройти не смог. Ты ничтожество, которое всегда скрывается за спинами морали и других людей. На самом деле, ты просто кусок трусливого говна. Жестокий, хотя сам себе в этом признаться боишься. Ты поглощен пороками, хотя отчаянно пытаешься рядиться в белое.
– 202, я не…
– Ты даже теперь меня не узнаешь, – усмехнулась я, а у самой слезы в глазах. – А ведь когда-то создал собственными руками. Присмотрись повнимательнее, милый. Неужели не узнаешь любовь всей своей жизни?
Облик системы-проводника слетел с меня, как покрывало с зеркала. Вместо миленького личика прототипа я вновь стала той невыразительной девушкой из бункера, в которой из примечательного только слишком пронзительный взгляд.
Такой меня не видел даже Призрак. Единственный человек, которому знаком этот образ, стоял передо мной с буквально отвисшей челюстью.
– З-зима? – сдавленно прошептал он, сделав пару шагов назад.
– Не ожидал, – болезненно рассмеялась я. – Ты и правда не ожидал. Что, даже на минутку не закралось подозрение? А я ведь когда-то верила, что ты меня среди сотен других людей узнаешь. Выходит, ошиблась, ха-ха-ха.
– Я не… То есть, все это время…
– Дошло наконец? – резко оборвав неприятный смех, фыркнула я. – Ты, наверное, сейчас вспоминаешь все разы, когда рассказывал 202 о своей цели найти управу на Зиму. Ты и помыслить не мог, что я все это время стояла напротив и слушала. Такой глупый человек.
– Подожди, я ничего не понимаю, но все не так, как ты думаешь. Зима, я могу все объяснить, ты…
– А кому нужны твои объяснения? – грубо прервала я, спиной ощущая изучающий взгляд Призрака. Откровенно говоря, он тоже понятия не имел, за кем все это время гонялся. Два придурка. Три. Я в их числе. – Максим, ты, мать твою, веришь в Бога? Скажи, ты когда-нибудь видел своего Бога? Говорил с ним? Что ты можешь объяснить, когда ты даже не понимаешь меня? Ты, чертов сукин сын, был моим Богом! Ты меня создал! Это был ТЫ! Именно ты создал меня – программу уничтожения человечества! И ты же потом за это меня и осудил. Я создана убивать людей, а ты приказал их любить и наказал за убийство болью. Ты приказал любить тебя, а поехал жениться на другой.
– Зима…
