Здание лаборатории было новым, чистым и хорошо оборудованным. Мы шли по белым коридорам, а кабинеты по обе стороны были отделены только толстым слоем бронированного стекла. Внутри можно было заметить столы с различным оборудованием, которое порой выглядело довольно пугающе.
За столами сидели люди в белых халатах, и в разные стороны ходили мужчины в военной форме, контролируя процесс. Что за процесс – долго гадать не пришлось.
Делегация привела нас в отдаленную часть здания, где располагалась особая секция. Пройдя двойную систему безопасности и металлические ворота, мы попали в большую комнату, разделенную на две части все тем же стеклом.
Десяток столов был полностью завален компьютерами и всевозможными сканерами; на мониторах беспрерывно появлялись какие-то показатели, а за стеклом находилась главная причина нашего визита – зерги.
Пять особей неизученного федералами вида были прикованы к вертикальным металлическим поверхностям, и уставшие зрачки непрерывно следили за прибывшими людьми.
– Мы захватили их два дня назад, – начал отчет офицер, отступив в сторону, чтобы нам лучше было видно пленников. – За тридцать шесть часов непрерывного изучения так и не удалось понять их метод общения. Маршал Берг, ученые ведомства склонны считать, что зерги – неразумная раса.
Я встретилась взглядом с одним из пленников и продолжила молча слушать отчет офицера. Он еще несколько минут рассказывал о методах, которыми пользовались исследователи, но все они ни к чему не привели.
И тогда глава армии Федерации шагнул в сторону, чтобы положить руку мне на плечо и легонько подтолкнуть вперед:
– Вы хорошо потрудились, но теперь мы справимся сами. Сегодня я привел настоящую легенду всей Федерации. Это офицер Берг, и она лучший переводчик в стране.
– И в истории, – закончила я за маршала, выходя вперед и с дружелюбной улыбкой протягивая офицеру руку. Тот ошеломленно пожал ее и недоверчиво переспросил:
– Офицер Берг? Ваша… родственница?
– Почти, офицер. Жена, – усмехнулась я. – Но как переводчик я гораздо лучше. Итак, давайте проясним. За время исследования зерги не издавали звуков вообще. Так?
– Верно, – подавив понимающую улыбку, офицер принял серьезный вид и перешел к делу. Мы подошли поближе к стеклу и посмотрели на пленников. – Никаких звуков, эти создания полностью немые. Мы даже не нашли отверстий для приема пиши или для испражнений. Да и вообще никаких отверстий. Ни ротовых, ни слуховых, никаких. Это форма жизни в виде глаза и все. Сканирование тела также не дало никаких результатов.
Я вновь посмотрела в глаз тому зергу, который пристально следил за мной, и задумалась.
– Если все так, как вы говорите, то каким образом эти создания могли воевать с вами? Они на вас убийственно посмотрели, что ли? Или попытались защекотать ресничками? Хотя нет, подождите, они на вас горько плакали, я поняла.
Мы с офицером переглянулись, и одновременно рассмеялись, представив такое нападение инопланетной расы.
– Нет. Конечно, нет, миссис Берг, – отсмеявшись, покачал он головой, а меня его «миссис Берг» царапнуло где-то под ребрами. – Хотя кое в чем вы правы. Эти существа действительно умеют выделять вещества, похожие на слезы, только они не капают, а, скорее, брызгают. Вещество крайне токсично и радиоактивно, так что военное обмундирование наших солдат совершенно неэффективно. Да и на ресницы этих созданий не стоит смотреть свысока.
– Что, они ими стреляются? – игриво подшутила я, бросая на офицера веселый взгляд и спиной ощущая нарастающую ревность мужа. Этот мрачный взгляд в затылок просто невозможно не почувствовать. Ему явно не нравится, что со мной разговаривают люди. Уверена, если бы миссия не заканчивалась сегодня, завтра я была бы заперта в маленькой черной комнате, как это было уже много-много раз.
– Не совсем, – ответил офицер, передавая мне планшет, на котором был открыт короткий ролик с испытаний. Я включила видео, а офицер продолжил рассказ: – Эти ресницы – тоже плоть. Будет правильнее сказать, что это щупальца. В момент опасности зерг запускает реакцию в свое теле, и на щупальцах появляются пузыри с газообразным веществом внутри. Пузырь лопается – вещество разлетается и поражает незащищенные участки кожи людей. Хуже всего, когда это вещество вдыхается. Наши исследователи изучили несколько трупов с разрешения маршала Берга, и результаты довольно пугающие.
– Дайте угадаю, – приподняв брови, усмехнулась я, – щупальца оказались не ресницами, а репродуктивными органами?
– Как вы поняли? – удивился офицер, а я виртуозно игнорировала взгляд ревнивого маршала и мрачного зерга. Планшет вернулся к хозяину, и рассказ продолжился: – Совершенно верно, миссис Берг. Распыляемое вещество оказалось чем-то наподобие микроскопических яиц паразитов. Через поры и слизистую они проникали в тело и кровотоком разносились по органам, чтобы закрепиться в тканях и приступить к развитию.
– Очень удобно, – похвалила способности зергов и тут же заработала настороженный взгляд офицера и тихий смешок маршала. – Думаете, они размножаться в Федерацию прилетели?
