Я ожидала увидеть внутри какую-нибудь милую записку, над которой я бы потом плакала весь вечер.
Но в шкафчике, стенки которого были украшены фотографиями с актерами из моих любимых сериалов, стояла небольшая коробочка, украшенная бантиком.
А внутри была цепочка с небольшим серебряным кулоном в виде заглавной буквы H.
«Хочу, чтобы ты носила это и не забывала о том, что мы все еще вместе», - гласила записка, приложенная к кулону.
Это было так мило, что я чуть не расплакалась прямо в коридоре школы. Но я собралась с силами, надела кулон, закрыла шкафчик и пошла на следующий урок.
Но уже вечером того же дня я поняла, что с меня хватит.
Именно с этой мыслью я закрыла учебник по истории. Всегда, когда параграф был мне неинтересен, я начинала задумываться о всяких жизненных вопросах, думать о смысле бытия и всем таком прочем. И вот, я задумалась о том, как сильно я соскучилась по Гарри. Я достала телефон и набрала сообщение:
Я: Ты дома?
Гарри: Да, проверяю ваши последние тесты: им конца и края не видно!
Это было всем, что я хотела услышать от него. Так что я быстро собрала сумочку и вылетела из дома.
По пути до автобусной остановки я не смогла не бросить недовольный взгляд на дом Стефани. Это все из-за нее.
Мне никогда в жизни не хотелось поджечь здание больше, чем сейчас.
Но за это сажают. А мне еще нужно поступить в университет и устроить свою жизнь. В тюрьму как-то совсем не хочется.
Дорога до дома Стайлса составляла не больше двадцати минут. Там, где он жил, нас никто не мог увидеть, потому что большая часть ребят, которая ходила в мою школу, жила от нее в паре шагов.
Почему мы не подумали об этом?..
В какой-то момент моей поездки до меня вдруг дошло, что я волновалась, как перед нашим первым свиданием. Гарри меня не ждет, он может быть занят. А что, если он разозлится, что я повела себя так… по-детски?
Зачем я поехала? Что за глупая идея?
Надо возвращаться.
Нет, я приехала сюда, чтобы обнять его, поцеловать и сказать, что сильно соскучилась. Потому что я просто не могу без него.
Потому что я люблю его.
Но об этом я Гарри сегодня не скажу. Нужно немного подождать.
Я поняла, что никогда сама не приезжала к моему историку. Мы либо приходили с прогулки, либо Гарри привозил меня на машине. Так странно было приходить сюда одной.
На пороге квартиры моего историка я еще раз задумалась о том, стоило ли мне вообще появляться здесь. Затем я прогнала от себя последнее сомнение и нажала на кнопку звонка.
Гарри открыл практически сразу.
Его глаза удивленно распахнулись, когда он увидел меня.
Я забыла, как дышать, когда заметила, что на нем не было рубашки.
- Привет, - пробормотал парень через некоторое время. Мы просто стояли и таращились друг на друга.
- Почему мы не подумали, что я могу приезжать к тебе сама? – выпалила я, заходя в квартиру.
- И правда… - протянул молодой человек. Я заметила, что его взгляд не отрывался от моих губ. – Почему мы не подумали об этом?..
Мой историк сделал два шага по направлению ко мне, сокращая то расстояние, которое разделяло нас все это время, наклонился и поцеловал.
- Я уже говорил, что ты очень умная? – пробормотал Стайлс между поцелуями, подталкивая меня в знакомом направлении – в сторону спальни.
И мне снова захотелось носить разноцветные вещи и улыбаться.
========== Глава двадцать четвёртая. ==========
Комментарий к Глава двадцать четвёртая.
То чувство, когда хочешь выставить главу 8 марта и сделать подарок всем читательницам, но забываешь. Хочешь в четверг - сидишь, заваленный домашним заданием на пятницу. А сегодня у тебя поднимается температура 38. Но я смогла! Спасибо вам, что читаете и ждёте :3
Незаметно пришел и конец первого полугодия.
Гарри все-таки выклянчил у Дженкинса разрешение на дополнительные занятия со мной. Я присутствовала при этом процессе, так что я лично слышала, какие красивые эпитеты придумывал для меня историк. Я у него была «самой умной ученицей за всю его практику», и он был уверен, что «такие, как Кейт Лоуренс рождаются раз в столетие», и что, если я не поступлю, Стайлс «либо покончит с собой, либо просто уволится».
Угроза увольнения слегка подействовала на директора, который явно ценил такого хорошего преподавателя. Он разрешил нам с Гарри ежедневно дополнительно заниматься, но не больше полутора часа в день (обычно мы засиживались до ночи), чтобы, цитирую, «не было нужды подвозить мисс Лоуренс до дома».
Это было намного лучше, чем ничего.
Итак, Рождество неумолимо подкрадывалось. Сначала у меня была паника, потому что я понятия не имела, какой подарок сделать Гарри. Тот ни в какую не хотел мне помогать.
«Удиви меня», - сказал он мне.
Я была на пороге нервного срыва, когда, наконец, нашла правильный и идеальный подарок для моего учителя истории. Но об этом я расскажу позже.
Вся школа была украшена к Рождеству: на стенах висели гирлянды, доски в классах украсили небольшими лампочками, а в холле стояла огромная елка. Под ней каждый мог положить подарок, и он был бы доставлен адресату. Свой я туда класть не решилась.
