Обед получился великолепным. Под безыскусными, но совершенно искренними комплиментами мать расцвела и милостиво поведала о том, как не умела готовить моя бабушка, как недовольна была свекровь, получив в невестки кулинарную неумеху, и как мама из кожи вон лезла, лишь бы утереть ей нос. В других выражениях, конечно. Мужчины наперебой уверили, что рядом с ее профессионализмом меркнут именитые шеф-повара. Мы с Лукасом наелись раньше, чем закончились словесные расшаркивания.
Итан убежал до десерта, взяв обещание оставить ему кусочек пирога. Нас троих мама выдворила из кухни под благовидным предлогом. Чтобы не вести Сола в крохотную комнатушку наверху, остались в гостиной. Лукас устроился в дальнем кресле с подаренным бластером, мы затеяли партию в карты.
– Джин-рамми?
– Давай.
Крупные руки изящно тасовали колоду.
– Я давно не играла, – пробормотала.
– А мне никогда не везет, – успокоил он. – Не переживай. Даже если продуешь, я никому не расскажу. Только сестрам – они вечно побеждают и эксплуатируют меня по полной, пользуясь правом загадать желание.
– Что самое необычное ты делал? – заинтересовалась я.
– Перекрывал крышу. C тех пор мы обговариваем желания заранее.
Стопка уменьшалась, комбинации выходили слабенькие. Лукас уже разобрался с механизмом и выстрелил на пробу. Убедившись, что мягкие патроны с пластиковым наконечником не причинят вреда, начал прицеливаться.
– Как ты жила эти годы? – негромко спросил Сол. – От тебя не было вестей.
– Я писала родителям, – обошлась полуправдой. – А жила как… нормально. Замуж вышла. Сына вот вырастила.
– А твой муж?..
Поджала губы.
– Погиб. Мне тяжело это далось, и я взяла тайм-аут. Захотелось сменить обстановку. Показать Лукасу, где я выросла, повидаться со старыми друзьями. Подумать о будущем.
Ложь, ложь, ложь.
