- Видите ль мы их ремонтируем, доводим до хорошего состояния и отправляем в африканские страны.
- Ах вот оно что,- беззвучно посмеялся собеседник,- то то я никак не пойму зачем они Вам. Есть и на разбор. А всего сколько Вам нужно?,- увидев вопрошающий взгляд Говорова,- у меня ведь имеются друзья по всей дороге и еще чуть чуть... могу поинтересоваться.
- Хочу забрать все, но...,- с улыбкой ответил Говоров и пожал плечами.
- Скажите, а если мы произведем ремонт...чистку, смазку-покраску в своих депо?
- Дополнительно могу рассчитаться автомобилями, телевизорами, стиральными машинами, микроволновками,- развел руками как бы говоря "да всем чем угодно".
- Все я так полагаю импортное?
- Естественно. И заметьте, по хорошей цене,- немного подумав на всякий случай добавил,- за срочность, а так же помощь - оплачу дополнительно.
- С Вами очень приятно иметь дело.
- Александр Иванович, еще один вопрос.
- Да, я весь во внимании.
- Я бы еще приобрел оборудование для организации паровозного депо.
- Угу, пока нет, но учту...скажите а поворотный круг Вас не интересует?
Глава 11
8 и 10 сентября 1941 года немецкая авиация совершила массированный налет на Ленинградские Бадаевские склады в которых хранился текущий запас продовольствия. Сгорело до 40 деревянных складских помещений в которых по предварительным расчетам находилось около 3 тысяч тонн муки и 2.5 тысяч тонн сахара. Это то, о чем известно официально, но склады то использовали все торговые организации города и если просмотреть по остаткам на 3 сентября 1941 года, тогда картина трагедии становится более масштабной. В официальный отчет не попала ржаная мука и пшеница почти 19 тысяч тонн, разные крупы около 4 тыс тонн, соленая рыба в бочках, консервы, мыло, спички и еще много чего. Но и то, что признано официально в перерасчете на оставшееся, не эвакуировавшееся население достаточно много. Муки, из расчета дополнительных к фактически выдаваемым нормам - 100 грамм на человека это 12 дней, сахара - 900 гр на человека, шесть чайных ложечек в день хватило бы на месяц. Всей тяжести проблемы это не сняло, но катастрофа была бы не такой ужасной.
26 августа 1941 года, кабинет начальника Ленинградского управления НКВД комиссара 3-го ранга (генерал-лейтенант) П.Н.Кубаткина
- Товарищ комиссар 3-го ранга, сообщение из Москвы. Вам нужно оставаться на месте и ожидать звонка.
- Кто?- коротко спросил Кубаткин. Он еще не совсем вошёл в курс дела, всего два дня назад его перевели в Ленинград, до этого он возглавлял Управление НКВД по городу Москве и Московской области...
- Должен прозвонить Генеральный Комиссар Государственной безопасности Лаврентий Павлович Берия.
Прозвонили минут через 10. Лаврентий Павлович мог и не представляться, по его специфической кавказской интонации и манере разговора его легко узнавали все.
- Петр Николаевич,- говорила трубка,- слушай, к тебе отправили ответственного товарища, он тебя ознакомит с последними данными по внешней разведке. Отнесись серьезно, я на тебя надеюсь.
- Все ясно. Где и когда его встречать?
- Афишировать его прибытие ненужно, лучше чтобы о нем знали поменьше. Отправь машину на вокзал. Где то через час он сам к ней подойдет.
- Ясно. Кто это будет?
- К тебе направили "товарища Пронина". Долго его не задерживай, сегодня же отправь назад.
Прибывший был в форме железнодорожного служащего со знаками различия инженер-лейтенанта, "козырнул" и представился:
- Товарищ Пронин...
- Правильно представляться следует,- решил поправить его Кубаткин, хотя и не был уверен, что поступает правильно,- инженер-лейтенант Пронин.
Прибывший повернув голову косо взглянул на свои "нынешние" петлицы, криво улыбнулся и добавил:
- В данном, конкретном случаи инженер-лейтенант Пронин,- было явно заметно, что это его слегка веселит.
- Ну что там у Вас,- Кубаткин прямо посмотрел на пришельца,- товарищ Пронин,- при этом явно выделил слово "Пронин", помотал головой и сам себе улыбнулся.
- Петр Николаевич, времени мне выделили очень мало,- как бы извиняясь произнес "товарищ Пронин", при этом на столе стал разлаживать армейскую карту.
- Так-с, что это Вы мне,- Кубаткин начал рассматривать карту, обратив внимание на стоящий штамп "совершенно секретно", регистрационный номер, форму допуска и прочие штабные мелочи,- забавные у Вас здесь художества...
- Это совместный плод работы заграничного, оперативного и аналитического отделов с наиболее вероятными событиями,- Пронин взглянул на комиссар 3-го ранга,- Вам еще нужно подписать документ "о неразглашении",- при этом поверх карты положил соответствующие бумаги. Кубаткин бегло просмотрел их и подписал:
- Сколько же я таких бумаг подписал за свою жизнь и во всех одно и то же.
- Так положено,- коротко ответил "железнодорожник" пряча документ и тут же извлекая стопку других:
- Это "пояснительная записка" к данной карте.
В это время комиссар 3-го ранга Кубаткин внимательно рассматривал карту:
- Что это за даты проставлены у некоторых населенных пунктов?
- Это предполагаемые даты когда к ним доберутся немцы.
