сухом асфальте, и когда автобус падает на бок, а Клифф умирает, а этот лед таинственным
241
TO LIVE IS TO DIE
образом исчезает. Только сознание отказывается в это верить. К тому же большинство
аварий и вообще трагических происшествий – цепочка событий. Не может быть такого,
чтобы из-за одной единственной причины погибали люди, это исключения из правил.
Что же произошло на самом деле достаточно холодным осенним утром 27 сентября?
Корин собиралась на концерт «R.E.M.» в Штатах, Клифф спал, возможно, видя сны о
любимой девушке или сочиняя новые мелодии к композициям Металлика. И вдруг
автобус заносит, и через несколько секунд… В причинах заноса все упорно указывают на
присутствие льда, несмотря на такое же упорное утверждение о его отсутствии как
полицией, так и участниками группы. Всё-таки может водитель заснул, а его напарник
просто решил не подставлять коллегу? Или он немного выпил, а затем его начало
клонить в сон, учитывая, что поездка была достаточно длительной? Автобус может
скользить безо всякого льда, а водитель просто хотел избежать ответственности и
придумал эту версию, и в итоге избежал наказания. Мы даже до сих пор не знаем его
имени, это нормально? Понятно, что оно нужно по большей части лишь для того, чтобы
использовать в качестве приставки к бесчисленному количеству матерных слов, и в
какой-то мере мы правы. Другое дело, что это ничего не меняет. Смерть во сне, без
мучений. Не так должна была завершиться жизнь музыкального гения, не так!
МакАйвер говорит о том, что запрашивал документы в полицейском участке
Лёнгби в 2003 году. Существует вероятность того, что эти документы всё же хранились, но
так как разговор проходил по телефону, власти могли успеть уничтожить оставшиеся
сводки и отчеты. А может быть, этим вопросом стоило заняться гораздо раньше? Нанять
человека, который бы ознакомился с материалами дела и помог раскрыть это дело? Чаще
всего документы просто сдаются в архив с течением времени, возможно, власти Лёнгби не
хотели лишней шумихи по этому делу не только потому, что дело было давно и ворошить
прошлое было бы не совсем приятной вещью, а возможно потому, что им было что
скрывать. Прикрыть своего гораздо проще, чем искать настоящую причину аварии. К
тому же все знают, как приезжают американцы, и какая каша заваривается после этого.
Каждый выводы делает сам.
Как бы то ни было, трагедия действительно чудовищная, монстрообразная даже.
Такой живой, родной, счастливый…и вдруг его просто не стало. В такие вещи не хочется
верить, с этими вещами очень трудно жить. Вдвойне тяжело, когда почти через десять лет
после смерти первого сына, теряешь второго, как Джен и Рэй. Более любящих родителей,
наверное, трудно отыскать. И он был очень благодарен им за поддержку, прежде всего
материальную, которую они ему оказывали все те годы, когда Металлика медленно, но
верно шла к успеху, невзирая на колкости прессы, на недовольство фанатов
прогрессивным направлением, на не совсем ясно различимый стиль группы и подчас
едкие высказывания Ларса в ответ на журналистские замашки…Звучит ‘Orion’, с
каменными лицами и невыразимой болью стоят родители и сестра Клиффа, Конни, его
близкие друзья и деловые партнеры, все, кому он был дорог. А таких людей, безусловно,
было немало. Всегда наворачиваются слезы, когда смотришь “Cliff ‘Em All”, когда
фотографии Клиффа меняются во время звучания ‘Orion’. Нечто подобное возникает при
просмотре концерта в Сиэтле 1989 года во время исполнения джема ‘To Live Is To Die /
Orion’…Магическая, чрезвычайно красивая и мелодичная музыка…О, Клифф!
“Мы будем делать то, что, черт возьми, хотим делать!” Это одно из самых известных
высказываний Клиффа. Но то, каким путем пошла Металлика, не совсем укладывается в
эти рамки. Притом, что группа всегда открещивалась от моды, в 90-е годы Металлика
отлично начувствовала, что в мире наблюдается спад к экстремальной музыке, и перешла
в мейнстрим. Про участие в проектах с далекими от рока людьми и говорить нечего. Не
совсем этого желал бы от них Клифф, однако определённо, в октябре 1986 года, когда
ставился вопрос о дальнейшем существовании группы, Клифф бы вне всякого сомнения
хотел, чтобы группа существовала, с ним или без него. Но Napster, “S&M”, “St. Anger” и
прочая вакханалия – явный перебор, не имеющий в принципе ничего общего с Клиффом.
242
TO LIVE IS TO DIE
Зато имеющий общее с курсом реабилитации и групповой терапии, о чем и рассказал
“Some Kind Of Monster”. Судите сами – Металлика, почти сразу после рекрутировавшая
Джейсона Ньюстеда, отправились в турне, и любую возникавшую горечь от потери
Клиффа топили в алкоголе, разрушении гостиничных номеров, приколах над Джейсоном
и так далее. Они были слишком молоды, а успех довольно рано их затронул, у них не
