претерпевала изменения во взглядах, что обычно случается, когда внезапный шаг вперёд
к зрелости сопровождает успех.
Всё это заставило группу чувствовать себя более чем неуверенно, как объяснил
позже Ларс. “Мы сходили с ума от того, как быстро развиваются события. Это не то же
самое, как если бы мы пять лет зарабатывали в клубных кругах то, что нам причиталось.
Именно так и было, мы играли кавер-версии, писали собственные песни, и вдруг мы едем
с гастролями по Америке, записываем пластинку. Нам было по 19 лет, и вдруг мы
оказываемся на волне успеха. Мы чувствовали себя несколько неуютно как музыканты и
композиторы…Всё это заставило нас уйти достаточно далеко, к “Master of Puppets”…в
направлении, когда мы пытаемся доказать сами себе: ‘Мы сделаем все эти хитрожопые
сторонние вставки, чтобы доказать, что являемся талантливыми музыкантами и
композиторами’”.
Ситуация ещё больше осложнилась из-за бесконечных жалоб, которые члены
Металлика слышали от тех фанатов, которых беспокоил новый курс группы на
совершенствование. Как известно, Клифф и его одногруппники стали мишенями для
обширной критики от нетерпимых фанатов за включение баллады ‘Fade To Black’ на “Ride
The Lightning” двумя годами ранее. Эта критика лишь усилилась с годами, направленная
на Металлика»теми, кто жаждал сырой агрессии “Kill ‘Em All”.
Спустя два десятилетия это сочетание сноббизма и ностальгии стало влиять на
музыкантов всё меньше и меньше. Однако возвращаясь в 1986 год, когда им было чуть
больше 20 лет, колкости воспринимались довольно тяжело. “Подростки подходят и
говорят, а почему вы не запишете ещё один “Kill ‘Em All”? И я отвечаю: ‘Да, мне тоже
нравится этот альбом. Но наша музыка им одним не ограничивается’. Мы до сих пор
можем сыграть его живьем, и когда мы играем его, мы именно это и хотим сказать, чувак.
Но эти песни уже есть в нашем трек-листе. И будут всегда, пока жива группа. Но если
сидеть и тревожиться о том, понравится ли людям новый альбом, и из-за этого сочинять
определённые песни, всё это закончится тем, что ты станешь писать для кого-то. Но мы
все разные. Если бы все были одинаковыми, была бы скука смертная” – вздыхает
Джеймс.
Всё усложнялось тем фактом, что Металлика, по мнению многих обозревателей,
считалась богатой, успешной группой в 1986 году, хотя правда была несколько иной.
Клифф в перерывах между турами и записывающими сессиями всё ещё жил в семейном
125
TO LIVE IS TO DIE
доме в Кастро Уэлли, тогда как остальные три члена группы жили в “Особнячке
Металлика” в Эль Серрито, уже три года после переезда. Доход потихоньку начинал
вырастать, благодаря месяцам, проведённым в турне, которые Металлика выдерживала
ежегодно, но впечатление, что они в чём-то были состоятельными, некорректно.
Фактически, не считая турне, стиль жизни членов Металлика по существу остался
тем, каким и был всегда. По возвращению Джеймса и Ларса домой в Эль Серрито, разгул
продолжился, как будто и не прекращался вовсе. Кирк рассказывает мне об “Особнячке
Металлика”: “Это был полный дурдом, потому что Джеймс, Ларс и Марк Уитейкер жили
там и устраивали ночные пивные вечеринки. Каждый, а кто-то даже с родителями, кто
интересовался Металлика, приходил туда, принося с собой ящик-другой пива, и
безусловно парни не отказывали никому из гостей, приносивших подарки в виде
алкогольных напитков”.
Те, кто знал Металлика лично, считают забавным, что слава или судьба могли
изменить их. Как рассказывает старый учитель бас-гитары Клиффа Стив Доэрти: “Раньше
выходила местная газета под названием “Bay Area Music” или сокращенно “BAM”, и
заметки о них иногда мелькали на её страницах. Однажды я прочёл заголовок,
гласивший: ‘Испортит ли успех Металлика?’ с фотографией группы на кухне с пустыми
бутылками повсюду. Один из членов группы сообщил: ‘Ну, теперь я ем «Stouffer» вместо
«Swanson», ссылка на бренд телевизионных обедов, которые стоили на 50 центов дороже
прежних’”.
Стив продолжает: “Я слышал, что группа Клиффа стала покорять вершину за
вершиной, и что у них выходят альбомы. Мне часто говорили в магазине: ‘Ваш ученик
знаменит’, а я отвечал: ‘Я поверю в это, когда он перестанет ездить на своём старом
Фольксвагене’”.
Идея их богатства раздражала Джеймса и Ларса. Обвинения в том, что они отошли
от своих корней ради роскошной жизни были не тем, что они хотели услышать. Позже
Ларс отвечает: “Люди смотрят на Металлика и начинают ‘Вот это бля по-настоящему’.
Они знают, что это реально. А не сфабриковано кем-то. Это не продукт. Это реальные
люди, которые пишут реальные песни, и когда их что-то бесит, у них возникают
126
TO LIVE IS TO DIE
