Я сидела на своей уютной кухне и вырезала из разноцветной бумаги снежинки. Потом нанизывала их на нитку вперемешку с бусинами и лентами и вешала получившуюся гирлянду на очередную ветку ели, стоящей у меня в комнате. В кухне было достаточно душно и, встав, я открыла окно. По лицу прошел холодный, зимний ветер и несколько снежинок запуталось в волосах. Пару раз чихнув, я вновь почесала шею под волосами. Потом подошла к зеркалу и подняв волосы, посмотрела на тату, которую сделала пару недель назад. На моей шее, сразу под первым позвонком мастер красивыми буквами вывел фразу «I Belong To You». В переводе это означало «Я принадлежу тебе». Я не хотела указывать никаких имен, просто, если Мэтт, вдруг увидит ее, он поймет. Так называлась одна из песен группы, и я постоянно напевала ее себе под нос.
Я снова с удовольствием почесала надпись, однако вспомнив наставления своего мастера, с досадой одернула себя. Зато с радостью я наконец рассмотрела, что вокруг букв начинает спадать краснота, и они проявляются во всей своей красе. Опустив волосы и, набрав номер подруги, села за компьютер. У Наташи было занято, видимо она снова болтала с Домом. С тех пор, как мы вернулись из Англии, они разговаривают несколько раз в день и постоянно переписываются. Открыв почту, я обнаружила новое письмо от Мэтта и, устроившись поудобнее, стала читать строки, в спешке набранные руками любимого гения.
«Привет, золото! У меня снова нет времени позвонить тебе, я просто зашиваюсь в студии. Дом постоянно отлынивает от записи и пропадает где-то с телефоном. Крис нервничает, потому что мы не успеваем по срокам дописать синглы, и нам придется задержаться в Лондоне. Я пытаюсь сделать все быстрее, потому что очень хочу вырваться на несколько дней и увидеть тебя. Мы тут подумали с Домом и решили, что неплохо было бы слетать куда-нибудь к морю. Ужасно надоел холод и дожди. Ты смогла бы отпроситься на работе на несколько дней? Скоро Рождество, и я приготовил для тебя подарок. Но отдам тебе его только при встрече. Тебе понравится, я уверен. У меня совсем нет времени, поэтому хотел бы тебя попросить выбрать страну, куда вы хотите. Потом просто передашь мне информацию и я все сделаю. Ну все, мне пора бежать. Приехал Том и сейчас устроит нам взбучку. Целую тебя, моя маленькая. Скоро встретимся. Мэтт.»
Я дочитала письмо и заметила, что замерзла. Снова набрав номер подруги, я поплелась на кухню. После череды длинных гудков, включился автоответчик.
-Привет. До тебя снова не дозвониться. Скажи Дому, что он разорится, если будет звонить в Россию так часто. Ммм… В общем, я что звоню то… Мне написал Мэтт и попросил выбрать страну, куда мы хотим на Рождество. Они хотят к морю, поэтому я думаю предложить острова. Например, Гавайи. Ты как? Вроде и тепло и тихо. Не будет папарацци. Почти не будет поклонников. Как только услышишь, перезвони. Мне нужно с тобой поговорить. Доминику привет.
Я положила трубку и в сотый раз прошлась по квартире, стряхивая невидимые пылинки с мебели и книг. Через три недели Рождество. Нужно купить подарки родным.
Быстро одевшись и, не дожидаясь лифта, почти бегом спустилась по лестнице, а выйдя из дома, на секунду зажмурилась, когда ледяной ветер бросил мне в лицо пригоршню белого снега. Декабрь только начался, но на улицах уже были сугробы, и вся дорога обледенела, превратившись в каток.
Плотнее затянув широкий белый шарф, я направилась по темным улицам к метро. Навстречу мне шли люди, которые несли в руках разноцветные пакеты с выглядывающими оттуда блестящими коробками. В детстве мои родители тоже клали такие коробки под елку, но мы с братом всегда разворачивали их, не дожидаясь полуночи. Вообще, получается, что детство было теперь на втором месте, по количеству удачи, выпавшей на мою долю. А когда-то я думала, что ничего, лучше посиделок на изумрудной поляне с семьей, просто нет.
