-Не понимаю, зачем тебе эта информация. Но если тебе нравится играть в роли мазохиста, то да. Да – это ответ на все вопросы, которые ты задал. И даже на те, которые не задал. – Мне надоел этот разговор, и я хотела быстрее закончить его, чтоб поцеловать Мэтта. Он смотрел на меня и медленно облизывал свои губы. Я встала и, подойдя к нему вплотную, нежно провела пальцами по его щеке. Легкая щетина несильно колола пальцы и я улыбнулась. Он улыбнулся в ответ и, подняв руки, запустил их под мою майку. Я вздрогнула от его прикосновения и, уже почти не слушая Артема, тихо застонала. Мэтт наклонился и коснулся губами моего живота. Мое дыхание участилось, и я заметила, что глаза Мэтта стали цвета ночного неба.
-Я понял. Точнее, я знал. Можешь не объяснять. Просто… - Артем на секунду задумался и, будто решившись, быстро произнес, - позвони мне утром. Когда освободишься.
Я нажала на кнопку отбоя, и телефон выпал из моей руки, звонко ударившись о кафельный пол. Мэтт засмеялся и, подхватив меня на руки, стал целовать, двигаясь к постели.
-//-//-
Я проснулась около четырех часов утра и сонно посмотрела на профиль Мэттью, который спал рядом. Его дыхание, абсолютно спокойное и ровное, нежно щекотало мою руку, которую он с удовольствием использовал вместо подушки. Как ребенок, как невинный подросток, он слегка улыбался во сне, и умильно сопел. Я улыбнулась и, проведя по его лицу, убрала его волосы с глаз. Он сонно улыбнулся, и лег на спину, по-прежнему не слезая с моей руки. Я тихо засмеялась и, сдвинув его голову, встала. На полу стоял мой бокал с виски, который заметно охладился за прошедшие часы. Поэтому я с удовольствием допила его одним большим глотком и закурила, примостившись на широком подоконнике темного окна. Все происходящее казалось сном. Выложенный черной плиткой пол, напоминал ту самую пропасть из моего сна перед нашим знакомством. Стены, темно-фиолетового цвета несли на себе тени и силуэты людей, спешащих куда-то. Я усмехнулась, вспомнив, что такой же рисунок украшал обложку одного из альбомов группы. Шутки судьбы. Висящие на стенах абстрактные картины, для каждого передавали свой собственный рисунок, где на самом деле бледно желтые полоски пересекали несколько волн насыщенного темно-синего цвета. Туда же вплетались волны зеленого и песочного цветов. Но перед моими глазами были не просто линии, здесь разворачивался вихрь, но это был не обычный ветер, здесь были замешаны страсть, ревность, счастье, любовь, разлука, боль. И смирение. Цвета соответствовали настроению, передающемуся от этих картин. Все это создавало такую гармонию, что я невольно провела аналогию со своей жизнью и решила, что именно сплетение всех этих чувств делает меня живой.
Хрустальная люстра, выполненная в виде овала, слегка покачивала своими прозрачными камнями, которые освещала луна. Хрусталики переливались золотыми огнями и казались щупальцами невиданного животного.
Сигарета, дотлев, обожгла мои пальцы, и я быстро бросила ее в пепельницу. Услышав сдавленный смешок, я обернулась и увидела, что Мэтт не спит, а рассматривает меня.
-Ты безумно красиво смотришься на фоне окна, залитого лунным светом. – Он приподнялся на локте и, взяв телефон, стал фотографировать меня. Я, смеясь, позировала ему, принимая самые неожиданные позы. Он хохотал вместе со мной, но потом вдруг замер.
Он поманил меня пальцем и, как только я легла рядом, показал мне фото на экране своего телефона. Даже не сразу поняв, что это я, вглядывалась в фото, где на черном фоне ярким пятном выделялось огромное окно. В нем отражались хрустальные капли люстры и огни ночного города. На фоне окна стояла девушка, лица было не разглядеть, только силуэт фигуры и растрепавшейся прически. На подоконнике стояла пепельница и пустой бокал. А руки девушки были сжаты в кулаки. Все это представляло собой жуткую картину неизбежности. Решимости. Сквозь фото сквозила такая боль, что я невольно зажмурилась и вернула телефон Мэтту.
-Тебе не нравится? – он дотронулся до моего подбородка и заставил открыть глаза. Увидев стоящие в них слезы, он слегка растерялся и крепко обняв, прижал меня к себе. Я чувствовала запах его тела, и его тепло, и это распаляло меня еще больше. Я гладила и целовала каждый кусочек его тела, не принадлежащего мне. Оно было чужим. Тело Мэтта принадлежало другой девушке, но его сердце было моим.
-Я люблю тебя, Кэтрин. – Он прошептал эти слова и посмотрел на меня долгим, пронзительным взглядом. Услышав эту фразу из уст Артема, я была просто шокирована. И немного смущенна. Но когда это произнес Мэттью, в моей душе полыхнул такой огонь, что я боялась сгореть.
-Зачем? Ты убиваешь меня, Мэтт… - я хотела отвернуться, но он не позволил. Еще крепче прижав меня, он поцеловал меня в лоб, и я осталась так лежать, слушая его дыхание.
