Свесилась уныло Над оврагом ива,И все дно оврага Поросло крапивой.В стороне могила Сиротеет в поле:Кто-то сам покончил С горемычной долей!Вон вдали чернеют, Словно пни, избушки;Не из той ли был он Бедной деревушки?Там, чай, труд да горе, Горе без исхода…И кругом такая Скудная природа!Рытвины да кочки, Даль полей немая;И летит над ними С криком галок стая…Надрывает сердце Этот вид знакомый…Грустно на чужбине, Тяжело и дома!
1862
<p>Отчизна</p>Природа скудная родимой стороны,Ты дорога душе моей печальной!Когда-то, в дни моей умчавшейся весны,Манил меня чужбины берег дальный…И пылкая мечта, бывало, предо мнойРисует все блестящие картины:Я вижу свод небес прозрачно-голубой,Громадных гор зубчатые вершины…Облиты золотом полуденных лучей,Казалось, мирт, платаны и оливыЗовут меня под сень раскидистых ветвей,И розы мне кивают молчаливо…То были дни, когда о цели бытияМой дух, среди житейских обольщений,Ещё не помышлял… и, легкомыслен, яЛишь требовал у жизни наслаждений.Но быстро та пора исчезла без следа,И скорбь меня нежданно посетила…И многое, чему душа была чужда,Вдруг стало ей и дорого и мило.Покинул я тогда заветную мечтуО стороне волшебной и далекой…И в родине моей узрел я красоту,Незримую для суетного ока…Поля изрытые, колосья желтых нив,Простор степей, безмолвно величавый,Весеннею порой широких рек разлив,Таинственно шумящие дубравы,Святая тишина убогих деревень,Где труженик, задавленный невзгодой,Молился небесам, чтоб новый, лучший деньНад ним взошел — великий день свободы,Вас понял я тогда. И сердцу та близкаВдруг стала песнь моей страны родимой —Звучала ль в песне той глубокая тоскаИль слышался разгул неудержимый.Отчизна! Не пленишь ничем ты чуждый взор…Но ты мила красой своей суровойТому, кто сам рвался на волю и простор,Чей дух носил гнетущие оковы…
