– Как я могу, мэм? – всплеснул руками Вулф. – Учитывая сложившиеся обстоятельства? Но я буду делиться информацией крайне неохотно и небольшими порциями в соответствии с обстоятельствами.
– Ну ладно. А все чертов Сирил Орчард, из-за которого заварилась эта каша! Скотч на бутылке показывает, что бутылка предназначена мне. В ней нет «Старлайта». Я не могу его пить.
– Почему нет?
– У меня от него несварение желудка.
– Боже правый! – воскликнул Натан Трауб, его низкий голос внезапно перешел на визг.
– Мне очень жаль, Нат, – твердо сказала мисс Фрейзер, – но тут уж ничего не попишешь.
– Это и есть ваша страшная тайна? – поинтересовался Вулф.
Маделин Фрейзер сокрушенно кивнула:
– Господи, ну что может быть хуже?! А что, если об этом узнают? Например, Леонард Лайонс? Я пробовала пить «Старлайт» первые несколько раз. Бесполезно. Я хотела выкинуть «Старлайт» из программы, но к тому времени представители фирмы уже были без ума от такой рекламы, особенно Андерсон и Оуэн, ну и, конечно, я не могла сказать им правду. Я пыталась только делать вид, что пью, или пить по чуть-чуть, но меня начинало тошнить даже от пары глотков. Наверное, какая-то аллергия.
– С чем вас и поздравляю! – с чувством произнес Ниро Вулф.
– Господи Иисусе! – пробормотал Трауб, ткнув пальцем в Вулфа. – Об этом никто не должен знать! Ни одна живая душа. Вопрос жизни и смерти.
– Все уже выплыло наружу, – тихо, но властно заявила мисс Коппел. – И теперь разойдется как круги по воде.
– Итак, – начал Вулф, – вы заменяете напиток чем-то другим?
– Да, – кивнула мисс Фрейзер. – Это было для нас единственным выходом. Мы использовали черный кофе. Я в любом случае пью кофе галлонами, хоть горячий, хоть холодный. Но только с сахаром. Кофе очень похож на «Старлайт», который тоже темно-коричневый, и в бутылке вообще не разобрать, что именно туда налито. А еще мы сменили стаканы на темно-синие, чтобы не было видно, что напиток негазированный.
– А кто готовит кофе?
– Моя кухарка, у меня дома.
– Ну а кто наливает кофе в бутылку?
– Кора, моя кухарка. Она наливает кофе в бутылку из-под «Старлайта» и закупоривает.
– И когда? В день эфира?
– Нет. Потому что кофе тогда будет горячим или по крайней мере теплым. Поэтому кухарка делает все накануне и ставит бутылку в холодильник.
– Не в студии на радиостанции?
– Ой нет, у меня на кухне.
– А она наклеивает на бутылку скотч?
– Нет. Это делает мисс Вэнс. Утром она достает бутылку… Мисс Вэнс всегда утром заезжает за мной, чтобы потом вместе ехать в город, наклеивает на бутылку скотч и везет ее в своей сумке на студию, где снова ставит в холодильник. Мисс Вэнс приходится быть предельно осторожной, чтобы проделать все максимально незаметно для посторонних глаз.
– Ой, словно гора с плеч. – Билл Медоуз вынул носовой платок и вытер лоб.
– С чего бы это? – поинтересовался Вулф.
– Потому что я знал, что все тайное рано или поздно становится явным, и мне даже приятно, что вы узнали правду раньше копов. Весь этот идиотский фарс с попыткой раскопать, у кого был зуб на того парня, Сирила Орчарда… Никому не нужно было травить Орчарда. Яд подсыпали в кофе, и Орчард выпил его по ошибке.
Эти слова окончательно добили Трауба. Он протяжно застонал, понурился и сокрушенно покачал головой.
– Так вы хотите сказать, полиция не знала, что в бутылке с ядом был кофе? – нахмурился Вулф.
– Ой нет. Конечно, они знали. – Билл Медоуз явно хотел помочь Вулфу. – Но они решили хранить все в тайне. Вы ведь наверняка обратили внимание, что этого не было в газетах. А мы держали язык за зубами. Теперь вы понимаете почему. Да, они знают, что в бутылке был кофе, но думают, будто он предназначался Орчарду, хотя на самом деле кофе предназначался мисс Фрейзер. – Наклонившись вперед, Билл продолжил еще более серьезным тоном: – Проклятье! Разве вы не видите, во что мы вляпались?! Если мы признаемся и это станет известно, тогда только Господь Бог сможет спасти нашу программу! Нас выкинут из эфира. Но пока мы молчим, в полиции считают, что яд предназначался Орчарду. Вот потому-то я и назвал все это фарсом. Нет, мы никому не говорили и, надеюсь, никому не скажем.
– А как вы объяснили полиции присутствие кофе в бутылке?
– Да никак. Мы ведь не знали, как яд попал в бутылку, да? И мы, естественно, также не знали, как туда попал кофе. А что еще мы могли сказать?
– Ничего, поскольку вы беспардонно утаили правду. А как вы объяснили наличие клейкой ленты?
– Никак не объяснили.
– Почему так?
– Нас никто не спрашивал.
– Вздор! Наверняка спрашивали.
– Лично меня нет.
– Спасибо, Билл, – улыбнулась ему Маделин Фрейзер. – Можешь не стараться. В любом случае все пошло прахом. – Она повернулась к Вулфу. – Они пытаются спасти меня от обвинения… как это называется?.. в фальсификации улик. Вы ведь помните, что, после того как пришел врач, мистер Стронг взял со стола четыре бутылки и попытался их унести – дурацкий первый порыв, – а мы с мистером Траубом забрали у него бутылки и поставили обратно на стол. – (Вулф кивнул.) – Вот тогда-то я и сняла скотч с бутылки.
