Аннотация:
Там, где миром правит пар, и сотни механикусов трудятся во славу Вер-
хушки - нет места добру. Великая машина прогресса неумолимо набирает
обороты, и только обычный ученик виртуоза сумеет избежать стальных лап
ужасной системы, вырваться за ее пределы и насладиться свободой далеких
островов, где существует неведомая магия. Эта история именно о нем - юном
адепте, который решил бросить вызов собственной судьбе.
ПУТЕШЕСТВИЕ ГНЕВА
Глава 1 Крах ста сорока семи инчей
Поправив свой выцветший и весьма потрепанный от времени цилиндр,
виртуоз Босвел заметно просветлел лицом. Долгие инчи1 он трудился над
своим изобретением, лелея в мечтах тот день, когда сможет разрезать презен-
тационную ленту и представить своим заносчивым коллегам по Цеху меха-
никусов сложную машинерию, при виде которой они завистливо ахнут, и по-
хлопают его по плечу, в знак наивысшего почтения.
Я, конечно же, старательно помогал ему, но приблизить такой знамена-
тельный день был не в силах. Работа то и дело срывалась. Виртуоз устраивал
длительные перерывы, запирался в своей лаборатории и по нескольку дней
не выходил оттуда, заставляя меня порядком нервничать и теряться в догад-
ках. Его жена, многоуважаемая Сиз Босвел, тоже была не в восторге от пове-
дения мужа, но поделать с этим ничего не могла. Гений должен искать Искру
- богиню вдохновения. А делать это лучше подальше от посторонних глаз,
чужих советов и всяческих раздражающих факторов. Именно с этим было
связанно последнее исчезновение виртуоза. Ничего не объясняя, он закрылся
в своем кабинете, расположенном в нижнем ярусе дома, - и был таков.
Последняя пауза перед очередным инчем затянулась на долгую неделю. Не
скрою – я уже всерьез стал подумывать сменить наставника, но в последний
момент передумал: слишком жалко стало потраченного понапрасну времени.
Тем более что машинерия уже приобрела вполне законченный вид. И хотя я
1Инчи – отрезок времени, в момент которого происходит работа над открытием
слабо разбирался в сложной внутренней конструкции шестеренок, насосов,
конденсаторов и проводов, мое лурийское чутье было не обмануть – работа
подходила к концу.
Мне сразу вспомнились те времена, когда металлический каркас изобрете-
ния был всего лишь бездушным скелетом, не имеющим ничего общего с тем
сложным и многогранным организмом, который ухитрился соорудить Бос-
вел. Постепенно, с головой окунувшись в кропотливую работу - не без моей
помощи, - виртуоз создал настоящий шедевр, скрытый от завистников тем-
ной непроницаемой тканью. Ореол тайны хранил машинерию в целости и со-
хранности долгие три года, и даже миссис Босвел не знала, какую еще фин-
тифлюху сотворил ее благоверный супруг. Да, именно так она любила выра-
жаться, одним емким словом описывая многочисленные изобретения виртуо-
за.
Присев рядом с механической громадиной, я ловко расчертил на песочной
поверхности временные отрезки, в которые мы трудились над творением
моего господина, и у меня получилась ужасающая цифра - сто сорок семь. Ни
пятьдесят, ни даже сто, а гораздо больше. Великий Икар! Да за такое время я
уже должен был стать как минимум докой, а не оставаться жалким адептом.
На ум незамедлительно пришел мой приятель Хрум, который обучался у
маэстро Пима. За два года мой ровесник вырос до знатока. После такого
стремительного полета он быстро задрал нос, и теперь встречая меня на рын-
ке, даже не протягивал руки, воображая себя великим гением машинерии. Но
я то отлично знал, что такому пройдохе как Хрум никогда не стать членом
палаты Искусников. Кишка у него тонка.
Следом, в памяти возникли живые картинки тех беззаботных дней, когда мы
мальчишками воровали яблоки в саду старого Хлифа. Тогда мы еще не зна-
ли, куда нас распределят, и Хрум был обычным сорванцом, который часто
плакал и до жути боялся драчливых сверстников.
Эх, времена и вправду изменились – я остался таким же неумехой, а мои
бывшие друзья умудрились сделать удачный шаг в будущее…
- Нашел, Милостивая Эверика! Нашел!
Увидеть господина в исподнем и при свете полной луны, стало для меня на-
стоящей неожиданностью. Размахивая какими-то чертежами, он быстро
спустился по ступеням дома и стал стремительно приближаться к своему ме-
ханическому детищу. Тонкие ножки в огромных до колен сине-белых голь-
фах быстро засеменили по каменной тропинке. Седая борода с двумя кисточ-
ками на конце, то появлялась, то пропадала в ворохе масштабных схем.
Приблизившись ко мне, виртуоз поздоровался приподняв цилиндр, который
как оказалось, он не снимал даже во время сна.
- Мой милостивый адепт Сти. Вы не представляете насколько я рад видеть
вас здесь и сейчас. Вы тоже ни на минуту не могли выкинуть из головы нашу
малышку, не так ли? – улыбнувшись во весь рот, господин осторожно погла-
дил торчащий из-под ткани металлический бок машинерии.
Мне не хотелось расстраивать старика и рассказывать ему о своем ужасном
