Мирцелла Баратеон всегда знала, что выйдет замуж за того, с кем королевству будет нужен политический альянс. Но она не думала, что в восемь лет ей придётся остаться на Севере, чтобы выйти за Робба Старка и навсегда изменить свою жизнь…
========== Глава 1. Южная принцесса ==========
Мирцелла знала о Севере немного. Септа рассказывала ей о различных регионах Вестероса, потому что мать настаивала на том, что принцесса должна знать своих подданных, и Мирцелла могла назвать главные дома, их гербы и девизы. Но всё, что она знала о Винтерфелле — что это родовой замок Хранителя Севера Эддарда Старка, давнего и лучшего друга её отца. На гербе Старков был лютоволк, а их девиз — «Зима близко». Джон Аррен и Роберт иногда рассказывали об Эддарде Старке, называя его Недом, но Мирцелла никогда не прислушивалась к этим рассказам — они предназначались для Джоффри, а иногда и для Томмена.
Даже несмотря на то, что стояло лето, Мирцелла почувствовала холод, когда выбралась из повозки следом за матерью. Жители Винтерфелла поприветствовали их, преклонив колена, и Мирцелла почувствовала привычный дискомфорт; Джоффри нравилось, когда люди вставали перед ним на колени, но Мирцелла всегда стеснялась подобного.
Когда отец и лорд Старк ушли в крипту, вызвав этим раздражение на лице её матери, леди Старк начала представлять своих детей. Пытаясь запомнить про себя их имена — Робб, Санса, Арья, Бран, Рикон — Мирцелла огляделась по сторонам.
Это место очень отличалось от Королевской Гавани — никакой суеты, запаха моря или зловония Блошиного Конца; всё, что Мирцелла почувствовала, это свежесть, запах выпечки и какой-то особенный, уникальный аромат, видимо, присущий только Винтерфеллу.
Когда леди Старк повела её мать в замок, Мирцелла осталась с Сансой и Арьей, позволяя им втянуть себя в беседу и позволив мальчикам общаться друг с другом. Санса как раз спрашивала её о платье, когда Мирцелла заметила бегущих к ним лютоволчат. Джоффри испуганно вскрикнул, а Томмен шумно вдохнул то ли от страха, то ли от восхищения. Маленькие Старки начали звать питомцев, но серый подскочил прямиком к Мирцелле, подпрыгнув и вцепившись лапами в её подол. Мирцелла присела на корточки, и щенок с энтузиазмом принялся лизать ей лицо, игриво кувыркаясь и подставляя брюхо под поглаживания, и она не могла не засмеяться, запуская пальцы в его мех, пока все остальные пытались помочь ей подняться на ноги.
— Серый Ветер! — прикрикнул Робб, подхватывая щенка на руки. Пока Мирцелла отряхивала платье, тот продолжал вырываться, пытаясь дотянуться до неё. Улыбнувшись, Мирцелла погладила щенка между ушей.
— Всё в порядке. Он не обидел меня, — заверила она Робба Старка.
— Он никогда не вёл себя так, — начал извиняться старший из детей Старков. — Мне очень жаль, моя госпожа.
— Вы должны держать этих зверюг на цепи! — прорычал Джоффри.
Мирцелла покосилась на брата, прежде чем вновь вернуть своё внимание к Серому Ветру, уткнувшемуся носом ей в руку. Подняв глаза, она увидела, что Робб улыбается ей — синеглазый, с тёмно-рыжими кудрями — почувствовала, что краснеет, и позволила Сансе увести себя.
Робб Старк был очень красив.
Мальчики бились во дворе на тренировочных деревянных мечах, когда Мирцелла и Санса вышли на улицу. Бран и Томмен скрестили оружие, старшие давали им указания, и Мирцелла удивилась, заметив среди последних Арью. Когда Бран разоружил Томмена, Арья немедленно подхватила освободившийся меч, чтобы бросить вызов своему младшему брату, и Мирцелла почувствовала зависть.
Махать мечом казалось более интересным занятием, нежели вышивание и танцы.
— Мне так стыдно за сестру, — заявила Санса, когда Арья легко справилась с Браном. — Она как мальчишка.
— А тебе никогда не хотелось поиграть с ними?
Санса посмотрела на неё как на сумасшедшую.
— Я — леди. Мечи — для мальчиков.
Мирцелла рассеянно кивнула, наблюдая, как Робб и Теон Грейджой ломают копья. Они смеялись и движения их были более агрессивными и быстрыми, нежели у младших, и Мирцелла вдруг почувствовала волнение, будто она смотрела на настоящий турнир, а не на простую игру.
Робб выбил меч из руки Теона, а потом леди Старк позвала всех умыться и переодеться к обеду. Когда Мирцелла проходила мимо, Робб нагнулся и сорвал одну из зимних роз, которые только начинали цвести, вставив цветок в золотые кудри принцессы.
— Для королевы любви и красоты, — пошутил он, прежде чем уйти с другими мальчиками.
Она хотела сохранить розу в волосах до ужина, но Серсея и слышать ничего не хотела.
— Ты выглядишь как дикарка, — выплюнула она, выбрасывая цветок.
За обедом Мирцелла сидела рядом с Томменом, не в силах оторвать взгляда от Робба, который беззастенчиво заигрывал с Джейни Пуль.
В этот момент Мирцелла с удовольствием обменяла бы свою корону на то, чтобы Робб Старк улыбался ей так же, как Джейни.
Они находились в Винтерфелле уже две недели, когда объявили эту новость.
Роберт был пьян — он всегда был пьян, её отец — и после того, как все поели, он неуклюже встал, подняв чашу с вином. Мирцелла заметила, как вздрогнула Серсея, и подумала, что хотела бы знать, что собирался сказать отец и почему это делает её мать такой несчастной.
— За дома Старк и Баратеон! — взревел Роберт, будто желая привлечь ещё большее внимания к своим словам. — За великие дома и великие семьи, которые скоро породнятся!
