И грянул шторм полностью

Масачи повел своих людей через пролив между островом Моррис и Чатемом, где уровень воды во время отлива был низким, во всяком случае, они в это верили. Вода казалась теплее, когда члены экипажа начали долгий поход через пролив, но сильное течение давило на их окоченевшие ноги, с каждым шагом почти сбивая их. Мужчины продолжали идти, и вода становилась глубже, намного глубже, чем они могли себе представить. Теперь вода доставала Вебберу до шеи и плескалась вокруг его подбородка. Они с Гутро были самыми высокими из команды, так что им пришлось тащить Фрэнка Масачи и Антонио Баллерини через пролив. Во время пути обратно на станцию Масачи все еще отказывался признать поражение. К удивлению Веббера и других молодых людей Масачи и Элвин И. Ньюкомб, в то время старший офицер станции Чатема, обсуждали возможные планы использования «CG36500» для того, чтобы добраться до поврежденного «Лэндри». Измотанная команда вернулась на станцию и притащилась в дежурное помещение, где им немедленно сообщили о бедственном положении «Лэндри». Рация передавала переговоры между траулером и плавучим маяком Поллок-Рипа. Капитан «Лэндри» Арне Хансен теперь сообщал, что его судно находится примерно в километре от плавучего маяка, но поднимающаяся вода поглощает корабль, несмотря на все усилия экипажа. Капитан плавучего маяка Гай Эмро сказал капитану «Лэндри», что его команда будет наготове с тросом, когда траулер подойдет поближе. Хансен опасался, что использование троса при сильных волнах может разорвать его судно на части, но понимал, что теперь у него не было выбора, и продвигался к плавучему маяку.

Все еще был шанс спасти людей. Дав своей команде несколько минут для того, чтобы согреться и переодеться, Масачи повел их в Олд-Харбор, где «CG36500» стояла в ожидании того, что теперь называлось четвертой попыткой спасения. В то же время экипаж на борту плавучего маяка Поллок-Рипа наконец увидел «Лэндри». Это было хорошей новостью. Плохой новостью было то, что шторм усиливался, и волны достигли большой высоты. В то время, когда экипаж «Лэндри» пытался получить трос с плавучего маяка, огромная волна ударила суда друг о друга, еще больше повредив рыболовецкий траулер. После двадцати четырех часов борьбы за свои жизни экипаж «Лэндри» был физически и эмоционально разбит. Капитан решил, что не имеет смысла предпринимать очередных попыток привязаться к плавучему маяку Поллок-Рипа. Вместо этого экипаж должен был возлагать угасающую надежду на команду спасательной лодки Чатема. Капитан плавучего маяка Эмро подтвердил получение решения капитана Хансена по рации и получил неутешительный ответ. Эмро услышал слова «О боже!», за которыми последовала тишина. Через долю секунды мир Эмро перевернулся вверх дном – огромная волна повернула плавучий маяк вокруг оси. Пытаясь вернуть себе способность ориентироваться, Эмро получил последнее сообщение с «Лэндри». Капитан информировал его, что моторное отделение было затоплено, и они отказываются от борьбы. Последняя волна стала ножом в сердце команды. «Мы отправляемся на дно, но до того помолимся и поедим, – сообщил изможденный капитан, – если мы умрем, то умрем с набитыми животами. Прощай, спасибо за все. Господь благослови вас всех». Гай Эмро сообщил новости на станцию Чатема, а потом наблюдал, как волны целиком поглощают «Уильяма Дж. Лэндри». Останки экипажа так никогда и не нашли, хотя обломки утонувшего судна для ловли гребешков позже прибило к берегу на Нантакете.

Трагедия оставила горький привкус во рту Берни Веббера, как и последовавшее за ней недоразумение. Начальство Береговой охраны примчалось из Бостона, чтобы допросить и раскритиковать каждого, участвовавшего в неудачной спасательной операции. Если бы они только могли видеть решительный взгляд Фрэнка Масачи в ту ночь, тогда старшие офицеры Береговой охраны точно знали бы, что были предприняты все возможные усилия для спасения людей с «Лэндри». Фрэнк Масачи совершил то, что лежало за пределами человеческой отваги в те темные часы 7 апреля 1950 года.

Теперь, меньше чем два года спустя, его ученик столкнулся с той же безвыходной проблемой. Готов ли Берни Веббер заставить свою команду выложиться по полной и даже больше ради спасения людей с «Пендлтона»?

Глядя на угрожающую Чатемскую отмель, Берни Веббер прозрел. Он верил, что оказался в это время и в этом месте по воле Провидения. Он подумал о железной воле Фрэнка Масачи, а также вспомнил о тысячах проповедей, которые читал его отец: он слышал их, когда рос. Все они готовили его для этого. Он представил себе разочарование в глазах своего отца, когда он отказался быть священником, будучи нецелеустремленным юношей. Преподобный Веббер хотел, чтобы его младший сын служил Богу. Берни верил, что он служит Богу в эту штормовую ночь. Позже Веббер вспоминал о своих чувствах: «Ты набираешься силы и отваги, и ты знаешь, что должен делать. Ты понимаешь, что должен попробовать спасти. Это рождается в тебе, это часть твоей работы».