– Как это? – Елизавета округлила и без того круглые глаза. – О чем вы говорите? Я ничего не понимаю.
– Я имею в виду, что вы были в курсе того, где ночью должен был быть Самохвалов.
– Почему это я должна была быть в курсе этого? Я же не следила за ним. И он мне не докладывал, где будет находиться.
– Свидетели утверждают, что как раз таки и докладывал. Практически все в коттедже знали, что Самохвалов проявляет к вам нешуточную симпатию и что он назначил вам свидание поздно вечером в ротонде.
На самом деле я не знала наверняка, что именно Елизавете Самохвалов назначил свидание, я могла об этом только догадываться. Но моя интуиция подсказывала, что дело обстояло именно так. А своей интуиции я доверяю на все двести процентов. Поэтому я уверенно заявила об этом Елизавете.
– А в результате старшая дочь Черемысленникова обнаружила Александра Кирилловича в ротонде с пулей в голове, – продолжала я развивать свою мысль. – Вот и получается, что Самохвалов с этого свидания не вернулся. А вы, Елизавета, были на свидании, и вы живы-здоровы, сидите сейчас передо мной. Так расскажите же, что произошло? Ведь вы, получается, являетесь единственным свидетелем убийства. А… может быть, вы сами и убили Самохвалова?
– Да вы что?! Что вы такое говорите?! Зачем мне надо было его убивать? – всплеснула руками Елизавета.
– Но ведь он прилюдно ухаживал за вами, все это видели и все об этом знают. И ваш муж в том числе. Вот вы и испугались последствий, – объяснила я свою версию и стала ждать, что на это ответит Елизавета.
– Господи! Да Матвею было абсолютно все равно! Он у меня в принципе не ревнивый. И вообще, у нас свободные отношения. Я не стесняю его свободу, а он, в свою очередь, мою. Ну, как вам объяснить? Понимаете, Матвей – художник, творческая личность, ему все время просто как воздух необходимы новые впечатления, новые эмоции. Я – тоже раскрепощенная, легкая на общение.
– Вам тоже необходимы новые впечатления.
– Да, а что? Что в этом плохого? У нас с Матвеем существует договоренность на этот счет. Мы же ничего плохого никому не делаем.
– Ну, это как сказать. Вот, например, Виолетта, жена Самохвалова, очень страдает, глядя, как ее муж ухлестывает за молодой красивой женщиной.
– Ну, а я разве в этом виновата? Я сама ему не навязывалась. Наоборот…
– Что наоборот?
– Да ничего. Просто я не была в ротонде, хотя да, Самохвалов действительно пригласил меня на свидание.
– Постойте, получается, что вы прямо вот так, глядя в глаза Самохвалову, сказали, что на свидание к нему не придете?
– Нет, так прямо я ему не говорила.
– А как же вы ему сказали? Сказали, что придете?
– Нет, и этого я не говорила.
– Послушайте, Елизавета, – я уже начала терять терпение, – но в данной ситуации существуют только два варианта ответа: или «да», или «нет».
– Господи! Я… ну, пофлиртовала… ну, это был язык жестов по большей части. Ну, улыбнулась так многозначительно, укоризненно покачала головой. В общем, ничего определенного.
– Но Александр Кириллович понял, что вы придете. Иначе он не пришел бы в ротонду.
Елизавета промолчала.
– Елизавета, давайте все-таки внесем ясность. Скажите, вы ведь про себя решили, что не пойдете к Самохвалову на свидание? Хотя прямо так и не сказали. Может быть, у вас был такой план: заморочить голову Самохвалову, добиться того, что он пригласит вас вечером на свидание. А вместо вас к нему пришел убийца, для которого вы все и подготовили.
– Да не было ничего такого, о чем вы говорите! Да, я собиралась пойти в ротонду! Да! Но пойти только для того, чтобы сказать, чтобы он перестал за мной ухаживать. Хотела еще заявить, что муж ревнует. Но не пошла я в ротонду совсем по другой причине.
– И по какой же такой причине? – поинтересовалась я.
– У меня заболел живот, – смущенно произнесла Елизавета. – Наверное, слишком много съела за праздничным столом. У меня вообще слабый желудок. Ну, а когда кишечное расстройство, ни о каком свидании и мыслей нет. Хотя я уже приготовилась: освежилась в душе, причесалась, немного накрасилась. Но тут живот так скрутило…
– И вы всю ночь провели у себя в комнате?
– Да, периодически посещая, пардон, туалет.
– А кто может подтвердить, что вы оставались у себя в комнате?
Елизавета удивленно посмотрела на меня.
– Да никто.
– Как это «никто»? А ваш муж Матвей?
– Так его же не было в комнате.
– А где же он был в таком случае?
Я, конечно, знала ответ на этот вопрос, потому что уже поговорила с гувернанткой Светланой, и знала, что Матвей был с ней недалеко от места преступления. Но вот интересно, что ответит Елизавета.
– Ну, не знаю, – она пожала плечами. – В парке, наверное. Он любит прогуливаться перед сном.
– Всю ночь? – удивилась я.
Елизавета пожала плечами.
– Хорошо. Скажите теперь, вас мог кто-нибудь подслушать, когда Самохвалов просил вас прийти к нему в ротонду?
