Квартира его, номер тридцать девять, находилась на десятом этаже. Он отпер дверь ключом, переданным Наташей, вошли внутрь. Свет в прихожей зажегся автоматически. Не снимая обуви, Стас и Наташа обошли все три комнаты квартиры. Все было предусмотрено, расставлено по местам, в соответствии с представлением Ксении о мужском жилище. Прямо напротив прихожей, располагался кабинет, арка из прихожей налево, вела прямо к кухне, совмещенной с огромной столовой. За аркой, справа, расположилась спальня, напротив – туалет и ванная комната. Из каждой комнаты вели двери на широкую лоджию.
– Недурно, – мурлыкнула Наташа. – Мне нравится.
– Да! Со вкусом и размахом! – добавил Столяров. – Что у нас насчет еды?
Наташа прошла в столовую.
– Докладываю! – издалека крикнула Наташа, пока Столяров осматривал кабинет. – Два холодильных шкафа, заметь, не холодильника, забиты продуктами, шампанским! Дальше. В баре огромный выбор вин и коньяков!
Вместе они осмотрели спальню. Кровать была шикарна и широка, со множеством подушек.
– Ну, что, поместимся? – весело спросил Стас.
– Поместимся, – вздохнув, ответила Наташа. – А, может, ты предпочитаешь провести первую ночь в кабинете? Мы же так мало знакомы!
Наташа явно издевалась над Леонидовичем, вспомнив его воззрения на «чувственную составляющую».
– Ну, что ты, милая!.. Пойдем-ка пока пировать!
– Я пока в душ, и переоденусь. А ты, давай, что-нибудь приготовь. Там целый склад провианта!
Они разошлись по своим делам: Леонидович – на кухню, Наташа – в ванную комнату. Леонидович принялся сервировать стол. Вдруг он задумался, вспомнив свою первую, настоящую любовь, давно, еще на первом курсе. Нравы тогда, безусловно, были другие, но силу чувств, любовное томление, страсть, которую испытывал молодой Станислав, вполне можно было сравнить с чувствами Ромео, Отелло и других героев романтических произведений. «Да, надо отметить, приятные чувства, душещипательные! Вон, до сих пор, вспоминать без трепета невозможно. Все о ней, и только о ней! Учеба, друзья – по боку!.. Непродуктивное чувство! – заключил он. – Проще у Джона Нэша, из «Игр разума»: все словесные прелюдии сводятся к попытке быстрее оказаться в постели и обменяться физиологическими жидкостями». Любовь длится три года. Кажется, Бегбедер. Так было и у него. Первый год – полнейшее взаимное очарование! Он, молодой красавец, все внимание – только ей, избранной! Она – умница, красавица, дочь высокого представителя власти. Вместе на лекциях, вместе – домашняя зубрежка, постель, любовные ласки, секс. Потом он провожал ее домой, через весь город. Первая разлука, на каникулах. С его стороны – письма, каждый день! На второй год стала появляться ревность: кого-то из приятелей дружески обняла, поцеловала в щечку, кому-то засмеялась весело, не ему, с каким-то бывшим одноклассником долго болтала по телефону и тоже много смеялась. Стас начал мрачнеть, отпускать ехидные замечания. Он полностью вошел в роль хозяина своей очаровательной подружки. У нее хватало ума не приглашать на свой День Рождения старых друзей, заметив в нем перемены. Снова, летнее каникулярное расставание. Его Стас перенес уже гораздо легче, сам начал понемногу флиртовать с девчонками в стройотряде. А когда его возлюбленная вернулась из редчайшей тогда турпоездки в ГДР, и при первом их, после разлуки, любовном свидании, предложила подложить себе под попку подушечку, чтобы было приятнее, Стас понял: изменяет! Но страсти ревности и обиды уже не ощутил. Реже встречаться они не стали, молодость, гормоны веселятся, но Стас понемногу начал изменять, и не сомневался, что его возлюбленная делает то же самое. Так и прожили третий год, ровно и прохладно, пока она не сообщила Леонидовичу, что выходит замуж за другого. Стас бесился, страдал, преследовал свою бывшую возлюбленную, но ничего поделать уже было нельзя! Как он сейчас понял, женился в отместку, о чем собственно, и не жалел потом никогда. Впрочем, первая его любовь, верностью мужу так и не отличилась: раза три встречалась тайно со своим старым другом – Стасом Столяровым…
В столовой-кухне появилась Наташа, свеженькая, вкусно пахнувшая, со своими роскошными блондинистыми волосами, рассыпанными поверх надетого, видимо, на обнаженное тело, белом легком халатике. Сосочки ее молодой груди выделялись слишком заметно.
– Как успехи у профессора кулинарного искусства? – весело спросила она. – Иди, прими душ, красавчик, я закончу твой гастрономический замысел!
Наташа взглянула на стол и совершенно серьезно сделала вывод:
– Да! В процессе сервировки ты явно думал о совершенно посторонних вещах! Непрофессиональная рассеянность! Ладно, ступай, исправлю!
Леонидович побрел в ванную комнату, оставляя в душе шлейф воспоминаний. Он валялся в ванной по меньшей мере час, захватив с собой «Лолиту» Набокова. Ах, как были близки ему чувства, что испытывал Гумберт к своей малолетней возлюбленной! Изредка, Стас откладывал книгу, закрывал глаза и сладостно сравнивал дневниковые записи Гумберта и свои собственные ощущения!
– Стас! – раздался из-за двери оклик Наташи. – Ты там живой?
