Станислав Константинович с Ксенией и Натальей Игоревной прибыли одни из первых. Стас подошел к Инне, нежно поздравил ее, и спросил, куда поставить скромный, но тяжелый, подарок, от руководства ресторана, и его лично.
Инна провела его внутрь холла, за портьеры, и показала на ореховый столик.
– Это тот самый сервиз? – шепотом спросила она, поцеловав Стаса в щеку.
– Тот самый, любимая!
– Спасибо! Надеюсь, мы будем вместе пить из него кофе!
– Надеюсь, моя сладкая! – страстно ответил Стас, и слегка обнял Инну за талию, привлекая к себе, чтобы ее грудь коснулась его тела.
Инна не сопротивлялась, была податлива и нежна.
– Пойдем! Ты – в холл, к гостям, а я еще постою с мужем, ждем гостей. Он уже сегодня поддал несколько.
– Много будет народу?
– Нет, человек пятнадцать-шестнадцать.
Они разошлись в стороны. Стас присоединился к Ксении и Наталье. На столике их стояли аперитивы, фрукты.
– Ты задержался с именинницей несколько дольше обычного, – улыбнулась Ксения.
– Все идет очень хорошо! – ответил Стас. – По плану.
В ожидании остальных гостей, в прихожей оживленно общались Козленков, Инна и Владимир.
Почти одновременно приехали Пригарин и Роман Александрович. Инна приняла поздравления. И Пригарин, и прокурор преподнесли имениннице по небольшой, красиво оформленной упаковке, судя по всему – драгоценные украшения.
Вскоре прибыли личные друзья семьи генерала, и были приглашены в холл для общего знакомства.
– Вячеслав Леонидович, Трошин с супругой исчезли, – тихим шепотом сообщил один из приятелей Козленкова, но Столяров и Ксения все услышали.
– Как исчезли? – не понял Козленков.
– Их нигде нет! Яхта исчезла, машины – на месте.
– Ничего не понимаю! Ладно, сегодня ночью операция, завтра будем разбираться! Гуляйте сегодня, день рождения любимой жены, однако!
Козленков не придал значения исчезновению Виктора Николаевича и его супруги. Возможно, страшная обида на Столярова не позволила им сойтись на празднике. «Ну и дурак!» – подумал замминистра о своем предшественнике, и пошел к гостям, вместе с женой.
Между тем, к Столярову подкатил Пригарин, и попросил его на пару слов. Столяров нехотя оторвался от компании Ксении и Инны, с которыми они мило беседовали, и вышел за Барином в курительный салон.
– Стас, Трошин со вчерашнего вечера не отвечает, дома никого нет. Ты что-нибудь знаешь об этом?
– Слышал сейчас от агента Козленкова ту же информацию. Решать с поиском будут завтра. Его и на службе сегодня не было.
– То и странно! – задумался Пригарин. – Мой человечек, из мэрии, об этом утром и сообщил.
– Ну, так пускай «твои» пока и пошарят в доме, прямо сейчас, пока козленковское ведомство не хватилось. Об их пропаже никто не заявлял? – Стасу не терпелось вернуться к Инне.
– Я, лично, не заявлял, а так как они жили вдвоем, с Татьяной Илларионовной, и прислугу не держали ежедневно, то и заявлять – некому.
– Пусть, пусть твои пошарят, Кирилл! – попросил Стас, и поспешил к ожидавшим его дамам.
Инна и Ксения обрадовались быстрому возвращению Столярова. Никто из них не проявил любопытства, о чем беседовали мужчины. Инне было комфортно и весело, она глаз не сводила с любимого, даже когда отвечала Ксении на какой-нибудь вопрос. Лицо ее светилось восторгом и счастьем от того, что рядом сидел он, впервые в жизни так понравившийся ей человек!
– Прошу всех к столу! – командным голосом распорядился Коз ленков.
Все расположились вольно, кто с кем пожелал. Только Инна Всеволодовна сидела с торца, во главе стола. По правую руку – Вячеслав Леонидович, слева – Ксения, и только после нее – Столяров. Но так было даже удобнее, переглядываться друг с другом, переговариваться.
– Прошу! Угощайтесь, дорогие гости! – пригласил к трапезе Козленков, и встал. – Хочу сказать первый тост: за процветание и неувядаемую красоту моей дорогой Инны! За тебя, милая!
Имениннице похлопали, подняли бокалы с шампанским. Столярову шампанское не очень понравилось: букет во рту быстро таял. Ну, конечно, не специалист Козленков в таких тонкостях! Впрочем, надо отдать должное поварам, блюда отличались определенной изысканностью.
Постепенно разговор стал громче, отовсюду доносился смех, мужчины веселили дам. Подходили к Инне Всеволодовне и лично выразить восхищение, и поздравить с праздником. Мужчины, да и дамы, выходили курить, изредка кто-то вставал для медленного танца, участники беседы в разных углах зала менялись местами, и вновь повсюду вспыхивали очаги веселья. Никто не грустил. Пару раз Столяров, из чьих-то уст, уловил фамилию заместителя мэра: говорившие удивлялись его отсутствию на дне рождения Инны Всеволодовны, зная, как Трошин к ней неравнодушен. Об этом факте не знала разве что Татьяна Илларионовна, жена Трошина. Да и то, догадывалась, наверно, но молчала: от таких мужей не уходят!
Столяров и Инна два раза танцевали под медленную, нежную музыку, шепотом переговариваясь и улыбаясь друг другу. Козленков стал бросать на них мрачные взгляды, будучи уже заметно пьяненьким. Потом снова шутил, рассказывал собеседникам истории из своей жизни молодого «опера».
