Однажды мой друг-вышибала научил меня одному приему. Он работал в одной забегаловке, и иной раз ему приходилось "успокаивать" сразу двух-трех парней. И никогда его не подводил следующий трюк: глядя на одного, врезать другому и, глядя на третьего, вмазать первому. Если нанести достаточно сильные удары, останешься один на один. Конечно же при условии, что "клиенты" не держат в руках огромных пистолетов.
Я же имел дело всего с одним типом. Я все еще смотрел на него, когда задергалась дверная ручка и у него расширились зрачки. Дверь начала раскрываться вовнутрь, я повернул голову к двери и в тот же миг резко взмахнул левой рукой, уповая на Бога, что это движение не обернется похоронами Шелла Скотта. Я ждал выстрела, но единственное, что услышал, - глухой удар моего кулака по его челюсти.
Дверь раскрылась сантиметров на тридцать и уперлась в мой правый ботинок, пока моя голова крутанулась влево. Паренек складывался вдвое, и пистолет уже падал из его руки. Он плюхнулся на пол, въехал в стену и затих. Мне захотелось наступить на его лицо.
Дверь вновь ударилась в мой ботинок, но я его не отодвинул. Я не сомневался, что ко мне рвалась очаровательная незнакомка, только что перебежавшая улицу. Но как бы роскошна она ни была, сейчас мне было важно другое. В меня уже стреляли утром, и этот паренек, лежавший без сознания на моем ковре, мог бы мне что-то объяснить.
Да, это была та самая очаровательная куколка, что остановила все уличное движение. Она наполовину протиснулась между дверью и стеной, и это было самое обворожительное протискивание, какое я только видел в своей жизни. Она застряла, ее левая рука сжимала маленькую черную сумочку с красными завязками наверху, а половина ее шерстяного свитера отчаянно выпятилась в мою сторону. И когда она с трудом прошептала: "О, мистер Скотт", я взглянул наконец на ее лицо.
Оно заслуживало не только первого взгляда. Ярко-голубые глаза прекрасно сочетались с рыжими волосами, спадавшими на одно плечо, и с влажными, блестящими и зовущими губами.
- О, мистер Скотт, - вновь прошептала она. - Слава Богу, вы живы.
Еще бы! Я не только был жив, но и чувствовал себя превосходно. Я всего лишь дрожал как осиновый листок. И голова моя шла кругом.
- Дорогуша, - промолвил я, - я очень занят и... Она меня не слышала. Она что-то залепетала и, казалось, была готова рассыпаться. Ее очаровательное личико исказилось, а ярко-голубые глаза наполнились страхом. Она проговорила речитативом:
Они-меня-заперли-но-я-выбралась-через-механичес-кого-подавалыцика-в-кафе-"У
-Кларка" - и-сразу-же-броси-лась-сюда...
- Что? - заорал я. - Через что ты выбралась? Она все еще не слышала меня и продолжала, как ненормальная.
- Как только я смогла, я начала звонить и звонить, но никто не отвечал. И я так обрадовалась, когда увидела вас.
- Детка, - промолвил я, - успокойся. О чем, черт возьми, ты говоришь?
Какую-то минуту она беспомощно смотрела на меня, потом тяжело вздохнула:
- Я так виновата перед вами. Но я была так напугана, что я., ой!
Я в это время бросил взгляд на паренька, чтобы убедиться, что он на месте. Извергая поток слов, она проследила за моим взглядом и увидела наконец типа на полу. Он прижимался к ковру правой стороной своей физиономии, но левый его профиль был на виду. Увидев его, она заверещала.
Я подумал было, что ее удивил вид растянувшегося на полу типа, ведь не каждый день увидишь такое. Но она меня удивила еще больше, бессвязно пролепетав:
- Это - как его - он же работает на Сэйдера! О, мамочка!
И тут же начала протискиваться обратно в коридор.
- Эй, подожди-ка, - взревел я. - Что за дела?
- Я не хочу, чтобы он меня увидел. Нельзя, чтобы он меня увидел. Он работает на Сэйдера. Избавьтесь от него, быстро - Милая, не могу же я выбросить его из окна. В чем дело-то?
- Я должна поговорить с вами. Это необходимо. - Она чуть не кричала.
- Детка, - пытался я убедить ее, - успокойся, расслабься. Не так уж все и плохо. Послушай-ка, внизу, справа от входа, - бар "У Пита". Спустись туда и выпей пару рюмок. Я там буду, как только освобожусь от этого, - показал я на лежащего на полу парня.
- Хорошо, - сказала она, - но поторопитесь. - Сделав паузу, она выпалила. - Сэйдер охотится за вами. Вас ждут большие неприятности. Да и меня тоже. Они хотят убить нас. И они это сделают Я знаю И все из-за меня, из-за меня, почти причитала она. Она выскользнула из двери, и ее каблуки застучали по коридору, пока я, высунув голову за дверь, наблюдал за ней, не получая даже удовольствия от обворожительного покачивания ее бедер. В глазах у меня играли чертики из мультиков.
Она же сказала "Они хотят убить нас". Не преследовать судебным порядком, не оскорбить нас словесно. Ничего подобного. Убить нас! Я попытался связать это как-то с моими предыдущими размышлениями, когда парень, распростертый на полу, захрипел.
