Тогда трудно было представить, что машины станут средством передвижения, перестав быть роскошью, а телефонный звонок можно сделать в момент появившейся необходимости, идя по улице, а не договариваться заранее, поскольку позвонить можно было только со стационарного телефона-аппарата. Красть у граждан в метро кроме кошелька было нечего, спортом занимались с первых классов школы, не оправдываясь отсутствием кроссовок или лыж, их было полно в спортивных обществах для бесплатного пользования, которыми руководили доброжелательные люди с настоящими улыбками.
Среднестатистический человек не чувствовал себя нищим или обездоленным, поскольку ел то же, что и остальные, одевался почти в ту же, заметим, такую же качественную и одинаковую одежду из натуральных материалов! С экранов телевизоров не веселили пошлостями и скабрезностями, не убеждали в ином положении личных дел каждого человека, не хаяли кого попало ни внутри страны, ни вне ее, скорее, просто шутили в «междусобойчике» или многозначительно отмалчивались, соответственно своему амплуа, хотя, бесспорно, многое скрывали.
Каждый, будучи еще совсем молодым человеком, понимал до мелочей, что ждет его в будущем в зависимости от выбранного пути, вплоть до пенсии, которая была гарантирована так же, как и бесплатные лечение, курорты, оплаты бытовых услуг, пенсии, проезд не только в метро или городском транспорте, но и на самолете, поезде, «карете скорой помощи».
Тогдашнее государством следило за каждым, не одобряя выделение из массы, не позволяя высказываться о себе слишком рьяно и недовольно, но помогало при необходимости не только в мелочах, но и в жизненно важном. Человек всегда знал, что он из себя представляет и чего стоит.
Самим гражданам и их детям было не страшно появляться в любое время в любом месте, не было нужды беспокоиться о своей безопасности. Народы жили в мире взаимоуважении, ни одна нация не паразитировала на другой, ни один народ не стеснялся говорить о себе, напротив, каждый гордился своими историей, культурой, достижениями, причем не только зная их, но и с удовольствием находясь на исконно своих территориях, даже не намереваясь покидать их! Хотя и было общее название «советский человек», не заменявшее «русский», «чеченец», «калмык» и так далее, не чета сегодняшнему «россиянину». Исключение, как всегда, составлял только «Богом избранный» и Им же рассеянный народ — это факт, а не попытка занизить заслуги выдающихся представителей этой нации, некоторые потомки которых еще сыграют свою зловещую роль в истории России девяностых и далее, а самая выдающаяся сотня или более, перекочуют на «доску почета» журнала «Форбс» как самые богатые люди РФ.
Именно в такой стране появлялись на свет все герои дальнейшего повествования. В такой стране формировались их мировоззрение, характеры, индивидуальности. Все они разного возраста, хотя почти одного, максимум, двух поколений. Огромное влияние оказали и обстоятельства, и само время, и конечно, стечение обстоятельств, но каждый из них несет обязательную ответственность за принятые решения, и еще ответит перед Богом за все содеянное…
Трудно сказать, в кого вырастет ребенок, не уступающий место в транспорте пожилым людям, также как неизвестно, кем станет мальчик, постоянно шумящий на уроках, дергающий девочек за косички и совершено не желающий учиться. Однозначно, что человек, не умеющий любить и уважать, будет всю свою жизнь испытывать эти чувства только по отношению к себе и своему эгоизму.
Целеустремленность и следование ее направленности за счет своих усилий и стараний в направлении чего бы то ни было, ради достижения своих целей, наверное, не столь важны, когда речь идет об общих благах и интересах. Но по-другому все видится, когда за счет других человек ищет выгоды себе лично.
Помножьте это на способность индивида быть либо проводником, либо генератором зла или добра, я имею в виду ту способность, которая переходит границы дозволенного и общепринятого. Ведь и добро, чрезмерное и навязчивое, как правило, оказывается лишь прикрытием для спрятанного под ее личиной зла.
Каждый из нас способен генерировать зло, но не каждый имеет в этом потребность, борясь с ним в самом себе.
Нами руководят наши страхи, которых мы подчас не понимаем, видим превратно, а то и вовсе не замечаем их роли. Живущая в нас подконтрольная животная ярость, пробиваясь сквозь выставленные интеллектом и разумом преграды, пугает подчас и нас самих… пугает до тех пор, пока не становится нашим вторым «Я»…
Что мы сами в себе? Что видят в нас окружающие? Часто наши близкие совершенно не знают нас настоящих, да что там — мы сами не знаем себя такими, удивляемся чужим замечаниям, кажется, не имеющим с нами ничего общего, осуждаем кого-то, не подразумевая, что обладаем теми же качествами зачастую в гораздо больших объемах.
