После того случая в переулке, любые вечерние прогулки по умолчанию отменились. Сам вампир втягивался в работу модели. На следующий день Майкл, как и обещал, заехал за Адрианом и они отправились с студию. Там фотограф долго мучил его портретной съемкой, и отпустил только тогда, когда поймал нужное настроение. И последние пару дней, Адриан и Майкл снимали в студии. Здесь было намного удобнее, ведь нужный фон и свет создавались самим фотографом.
Очередная съемка приносила сплошное удовольствие. Этот мужчина был не только прекрасным рабочим материалом, но, и что скрывать, сам по себе был хорош. Да и сам Корн периодически пытался «прощупать» брюнета на предмет заинтересованности в его персоне. Вот только что-то получалось не очень. Либо Адриан умело игнорировал его намеки, либо был действительно не заинтересован в нем. И подобная неопределенность порядком раздражала.
Сам же Адриан уже привычно следовал указаниям Майкла, позволяя ему создавать то, что он видит. И звук камеры уже не так раздражал, а был почти не заметен.
Фоном сегодняшних снимков была выбрана стена из грубого крупного камня, что создавало прекрасный контраст утонченной красоте Адриана. Закончив первую часть фотосессии, Корн задумался. У него в голове давно вертелась одна идея и пожалуй, сейчас можно было ее реализовать.
- Можешь снять рубашку?- спросил он, переставляя объектив. Заметив взгляд мужчины, он замахал руками, улыбаясь,- Только ее! – пока брюнет раздевался, Корн сходил туда, где обычно хранил реквизит и принес широкую красную ленту. Заметив на руке Адриана гематому, он нахмурился и немного подумав, вернулся обратно. Через пару минут, фотограф нес в руках два небольших тюбика.
- Тональный.- пояснил он, аккуратно замазывая след. Лента была обмотана и частично закреплена на левой руке, но ее длинные хвосты все равно свисали. Распущенные до этого волосы брюнета, Майкл собрал в высокий хвост.
Пока фотограф наносил какие-то последние, только ему понятные штрихи, в мыслях брюнета скользила мысль, что он успел соскучиться по Трэину. Так же, он успел заметить, что прикосновения этого шатена вообще не ощущаются как-то по-особенному, можно даже сказать, в определенные моменты, даже раздражали, чего нельзя было сказать про охотника, чьи, даже случайные прикосновения, вызывали теплые волны, прокатывающиеся по всему телу.
- Так, теперь становись спиной ко мне, руку вот сюда...- рука с лентой была поднята и уперлась в стену. – Лицо в пол оборота, вторая рука расслаблена. – сказав это, мужчина вернулся к фотоаппарату. Несколько вспышек. – Теперь, немного смени положение. – но он остался недоволен, пришлось подойти и поставить модель в нужную позу.
В определенный момент терпение лопнуло. Он в очередной раз подошел, чтобы поставить брюнета в правильную позу, оказываясь слишком близко. И вот, правая рука мягко скользит по светлой коже и зажимает мужскую кисть. Перворожденный хмурится, но ничего не говорит. Левая рука поворачивает лицо Адриана, чтобы впиться в его губы требовательным поцелуем.
Вампир пораженно застывает, ощущая на губах настойчивый поцелуй. Это была для него полнейшая неожиданность.
- Нет.- оцепенение спасло и Адриан чуть отклоняется назад, разрывая поцелуй, и отталкивает парня от себя свободной рукой.- Майкл никогда больше не смей меня целовать.- произносит он, смотря в горящие глаза фотографа.
- Почему?- парень облизывает губы и стоит все так же близко.
- Потому, что я этого не хочу.- Было стойкое желание вытереть губы тыльной стороной ладони, но он не стал этого делать, не желая оскорблять Майкла. Он не был виноват в том, что сердце перворожденного принадлежало только одному человеку.
Корн предполагал, что брюнет сначала не позволит себя поцеловать, но, ведь куда интереснее, если “добыча” пытается ускользнуть? Усмехнувшись, мужчина чуть наклонил голову на бок и разглядывал стоявшего перед ним аристократа.
- Ты в этом так уверен?- мурлыкнул шатен, вновь привлекая к себе Адриана. Ему еще не отказывали, ни мужчины, ни женщины, и этот не будет исключением. Фотограф вновь прижимается к мужским губам, а рука скользит под брюки, сжимая ягодицу. Да, хоть Майкл и казался несколько хилым, но сил у него было достаточно, чтобы удержать Адриана, который явно не ожидал такого поворота событий.
Попытки вырваться приводят лишь к более тесному контакту. Брюнета начинает затапливать сначала паника, а потом, когда чужие руки нагло пробираются под ткань брюк, злость. Выбраться силой не представлялось возможным, рука все ещё давала о себе знать, давая Майклу преимущество. И выбраться можно было только одним способом.
Адриан перестаёт изображать из себя куклу и отвечает на поцелуй, прижимаясь к шатену, который уже успел обрадоваться и подумать, что победил. И как только чувствует, что хватка ослабевает, с силой прикусывает фотографу губу, отчего тот удивленно охнут. Практически тут же кулак смачно впечатывается ошалевшему парню в лицо.
