Темный Лорд самодовольно улыбнулся и ловко наклонился к девчушке. Разнообразные чары и зелья поддерживали в его дряхлом теле жизнь и силу, даровали его мышцам радость движения… В свои годы он все еще мог вытворять те же вещи, что так легко совершают молодые люди. Разумеется, чтобы провести со своей дамой целую ночь в утехах или целый день на ногах – ему требовалось прибегать к изощренным способам… Омоложения организма.
Рядом с ним, высоким и жилистым, Джинни казалась невозможно маленькой и хрупкой, не доставая мужчине даже до плеча. Темный Лорд вгляделся в ее широко распахнутые карие глаза, зловеще улыбнулся своей устрашающей змеиной улыбкой и окунул длинные тонкие пальцы в густую гриву ее рыжих волос, запрокинул ей голову назад и впился в нежные молочные губы настойчивым и твердым поцелуем… Гости покинули зал, оставив лорда наедине со своей рабыней.
Джинни, разумеется, податливо отвечала на поцелуй господина. Когда-то ее ответные ласки казались взрослому опытному мужчине неумелыми, девственно нежными, а сейчас он ощущал всю сладость жизни в ее осторожных прикосновениях, таких же робких, таких же слабых и аккуратных, как и несколько месяцев назад, как в их первую ночь, в первый день….
Зеленые огоньки все так же летали по огромному залу зловещего поместья, создавая особенную, интимную атмосферу. Солнце давно село, и в огромные окна уже не лился его теплый свет. В зале царил полумрак, он густел под тяжестью теней. Тяжелая дверь торжественно закрылась за последним гостем, оставив в зале лишь Джинни и ее хозяина, только тишину…
Темный Лорд, распаленный жаром торжества, повалил гриффиндорку на холодный мраморный пол и прижал своим тяжелым, полным силы телом. Гриффиндорка сдавленно охнула, как только ее нежное тельце почувствовало легкий холодок, а Волан-де-Морт засмеялся таким чувственным и раскатистым смехом, что он еще несколько дней звенел у Джинни в ушах.
– Ты – поразительна, моя мышка, – прорычал он сквозь поцелуи, сыпавшиеся на шею гриффиндорки.
Близость физическая начиналась с ласковых слов, но заканчивалась всегда одинаково… Повелитель скинул с себя широкую длинную мантию и предстал перед залитой краской девушкой в своей ослепительно прекрасной наготе. Его бледное мускулистое тело блестело в скудном свете зеленых огоньков, блуждавших из угла в угол. Красные глаза с узкими кошачьими зрачками зловеще светились в темноте, пугая бедняжку Джинни.
Наверное, страх никогда не покинет ее измученной души, не оставит немощного тела. Даже зная, что этот человек, пусть и частично, но находится в ее власти – она смертельно боялась, что все в момент рухнет, прахом падет к ее ногам. Джинни страшно боялась, что хрупкая гармония их отношений будет нарушена чем-то извне, прервана так скоро, что рабыня не успеет скрыться…
Девушка натянуто улыбнулась и поцеловала повелителя, надеясь, что он наконец позволит ей подняться с неприятной холодной поверхности, сесть на кушетку и передохнуть хоть пару мгновений, схватить немного воздуха, сделать живительный вдох… Хоть бы он позволил.
Темный Лорд нежно приподнял свою молоденькую рабыню, начал расстегивать многочисленнее пуговички ее узкого корсета. Ловкие тонкие пальцы повелителя скользили по наряду девушки, оголяя ее нежное тельце, пропуская сквозь себя дорогую ткань. Мгновенье… И нежное небесно-голубое платье уже лежит на мраморном полу, точно лужа, что растеклась по камню.
Темный Лорд, слишком разборчивый, чтобы потакать всем своим внезапным желаниям, не хотел причинять Джинни лишнего дискомфорта. Ему хотелось нежности, хотелось ответной ласки и теплых поцелуев взамен горячих касаний… Он подхватил невесомое тело своей возлюбленной и перенес ее к небольшой темно-зеленой софе, что стояла у самой стены.
Волан-де-Морт, несомненно, был очень опытен в любовных делах. Мужчина познал немало женщин, прежде чем взять рыжеволосую гриффиндорку для подобных утех. Темный Лорд прекрасно умел доставлять удовольствие, а неопытная Джинни слепо следовала за ним во всем, подчиняясь каждому желанию. Она научилась шептать слова, которые раньше и не мыслила произносить вслух, ласкала его с невинной похотью, превознося его жилистое прекрасное тело, его мужскую силу так, как только могла на тот момент…
Интересно, смогла бы она вытворять подобные вещи ради Гарри? Ради милого сердцу Гарри… Гриффиндорка старалась гнать от себя мысли, начинавшиеся с «А что, если…». Ей было противно и больно вспоминать всех своих друзей павших в бою, свою многострадальную семью, свою истинную любовь – вспоминать все, чего ее так жестоко лишили.
Темный Лорд навис над девушкой, разглядывая ее нежное молодое тело. Мужчина наслаждался контрастом бледной мраморности своей кожи рядом с нежно-персиковым оттенком ее загара, ее мягких изгибов девичьего, несозревшего тела рядом со своими мускулами и нескладной широкоплечей фигурой… Так странно это… Видеть в других различия, ощущать их так близко и так хорошо…
