– Нет, – возразила она, заставив себя подняться с постели. – Илья Алиев не оказывается в долгу перед другими. Зачем тебе было рисковать и предавать Палласа? Какая в этом выгода?
– Не все связано с выгодой.
Она издала смешок:
– Для тебя все.
– Будь это так, я бы не вернулся снова к Палласу.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Эфира, почему-то страшась ответа.
– Паллас точно знал, почему я к нему вернулся, – сказал Илья. – И Беру тоже поняла. Это было очевидно для всех, кроме тебя.
– Что было очевидно?
– Что я вернулся к Палласу, потому что он захватил тебя в плен! – Илья повысил голос. – Я пал к его ногам, потому что не мог смотреть, как он уводит тебя, не мог, пока у меня еще был шанс спасти тебя.
Эфира громко рассмеялась:
– Это просто чушь. Ты не можешь переписать прошлое, Илья, как бы часто ни менял стороны. Сомневаюсь, что ты веришь, будто я попадусь на…
– Я тебя люблю.
Эфира резко замолчала. Он не мог такое сказать. Не мог смотреть на нее с таким уязвимым выражением лица.
– Что ты имеешь в виду, – спросила она дрожащим голосом, – под словами, что любишь меня?
– Я имею в виду то, что люблю тебя, – с вызовом ответил он. – С Бехезды. А может, и раньше. Возможно, я влюбился в тебя, когда ты прижала меня к земле в таверне Паллас Атоса и угрожала убить. Точно не знаю.
– Ты меня не любишь, – выплюнула она. – Ты даже не знаешь, каково это – любить кого-то. Взгляни на Антона! Он твой брат, но ты так напортачил в детстве, что он все еще боится тебя. Ты прячешься за очарованием и красивой одеждой, потому что боишься, что если кто-то увидит, что под ними, то покинет тебя и никогда не вернется.
Эфира не поняла, что начала плакать, пока не перестала кричать. Она подавила всхлип, когда Илья опустил взгляд в землю. Внезапно она почувствовала ярость, понимая, что все сказанное скорее касается ее, чем его.
Разве не это сделала Беру? Ушла, как только увидела, во что превратилась Эфира? А другие, ее друзья, никто тоже не захочет оставаться рядом. Только не когда увидят, насколько она сломана.
Илья снова поднял на нее взгляд, и уязвимость в его взгляде уступила место знакомой маске из дружелюбного очарования.
– Ты права, – кивнул он с отрепетированной улыбкой. – Спасибо… что все разъяснила.
Эфира смотрела, как он уходит, и ничего не сказала, чтобы остановить его.
Она снова упала на кровать, опустошенная. В крови все еще бурлила ярость. Она прогнала последнего человека, у которого была хоть какая-то причина заботиться о ней. Она оживила самые худшие страхи о себе. Как и сказала Странница тогда на корабле, иногда пророчества воплощаются в жизнь, потому ты сам в них веришь.
Ей нужно уйти. Отправиться куда-то, куда угодно, чтобы не оставаться здесь. Ей нужно найти Беру.
Именно эта последняя мысль заставила ее встать на ноги. Она тихо собрала сумку и подождала, пока лагерь затихнет на ночь, прежде чем выскользнуть из палатки.
– Гадал, когда же ты выйдешь, – донесся снаружи тихий голос.
Эфира замерла. В тусклом лунном свете она различила фигуру, прислонившуюся к дереву возле палатки.
– Гектор, – произнесла она. – Что ты тут делаешь?
– И зачем же ты сбегаешь посреди ночи? – спросил Гектор. – Или вообще-то почему бы мне не угадать? Ты идешь за ней.
Эфира поправила сумку на плече.
– Я знаю, что это опасно. Но все это моя вина. Это я вернула бога. Но Беру все еще где-то внутри, и если есть шанс освободить ее, то я рискну. Мне плевать, что ты или другие думаете об этом.
Гектор просто мгновение смотрел на нее, размышляя.
– Хорошо.
– Стой, что? – спросила Эфира. – Ты отпустишь меня?
– Нет. – Гектор наклонился и поднял собственную сумку. – Я иду с тобой.
Она долгое мгновение смотрела на него и сначала решила, что это сон.
– Ты, – с сомнением в голосе произнесла она, – хочешь пойти со мной. С человеком, который убил тебя, чтобы спасти ее. – Она покачала головой. – Ты ненавидишь меня.
– Может, и так, – ответил он. – Но я люблю твою сестру. И если есть способ пробиться к ней и освободить от бога… Вы уже побеждали смерть ради друг друга. Так что если кто и сможет это сделать, то это ты.
– Скорее всего это невозможно. – Эфира серьезно смотрела на него. – Глупо пытаться найти ее. Бог скорее всего просто убьет меня, а Беру придется смотреть на это.
Гектор пожал плечами:
– Ага. Возможно. Но ты же все равно пойдешь, разве не так?
Она вспомнила, что сказала Беру в Паллас Атосе: «Я никогда не брошу тебя. Никогда».
– Отлично, – ответила она, проходя мимо Гектора. – Если ты не будешь меня тормозить.
Он не ответил, но мгновением позже Эфира услышала за спиной его шаги.
Дом Потерянной Розы располагался в укрытии между склоном горы и берегами Змеиной, в месте, известном как Вороний Изгиб. Оно скорее представляло собой поселение из маленьких коттеджей, конюшен и амбаров, но стало первым намеком на цивилизацию за последние три недели, и за это Хассан был благодарен.
