Почувствовав, как румянец заливает мои щёки, я сделала над собой усилие и улыбнулась молодому человеку в ответ:
- В порядке? Вот видели бы вы её до той злосчастной табуретки!..
- Серьёзно?! – Горан резко остановился и обернулся к нам, отчего я чуть было не влетела в его широкую грудь. - Вам больше нечего обсудить?!
- О, я смотрю, твоя натура ничуть не уступает в чувствительности Олиной, - Данте хохотнул, совершенно бесстрашно глядя в чернеющие глаза напарника. - Вы прямо нашли друг друга.
На Вука было страшно смотреть. Уставший, злой, взгляд метает молнии…
- А когда Кенвуд вернётся? – спросила я, стараясь сменить тему.
- Скоро, - загадочно ответил Стик, приобнимая меня за плечи, и подталкивая вперёд, к лифту. - Ты даже соскучиться не успеешь.
Я мягко высвободилась из рук молодого и обольстительного, буркнув на ходу:
- Успею. Мне уже безумно его не хватает.
Данте понятливо хмыкнул, а Горан остановился позади нас. Мой опекун громко недовольно сопел, почему-то напоминая мне этим обиженного мальчишку.
- Куда мы сейчас поедем? – снова подала голос я, не выдержав напряжения.
- Вниз, - Данте вошёл в лифт и нажал на синюю кнопку без опознавательных цифр. - Если подтвердится, что ты – преемница Октавии, то именно там будешь жить и учиться в будущем. Это…
- Гхм, - Горан неестественно громко кашлянул, отчего Стик прервался, оглянулся и замолк.
- Не поняла, - я тоже оглянулась на своего опекуна, - то есть, если действительно проснётся дар видения, то меня не только не отпустят, но и жить в местном подвале обяжут?!
Вук быстро посмотрел на меня и тут же отвёл взгляд в сторону. Мне кажется, или этому… нехорошему человеку стало неловко?
- Молчишь? – зашипела я, полностью оборачиваясь к мужчине. - Так значит, я права? Кенвуд вернётся и определит меня в эту тюрьму строгого режима?!
- Ну, так уж и тюрьму… - Данте попытался улыбнуться, но, увидев моё лицо, передумал. – Там совсем неплохо. Серьёзно. Вот Горан и Урвик выросли в секретке…
- Ты заткнёшься сегодня?! – рёв Вука заставил меня вздрогнуть всем телом. - И ты молчи! – его указательный палец уткнулся в моё плечо. - Больше никаких вопросов и возражений! Что-то не устраивает? Скатертью дорога, никто никого не держит!
Мы с Данте не дураки: услышали, прониклись, замолчали.
И вот она, секретка. Огромный пустой серый холл, в дальнем конце которого виднеется КПП.
Я открыла было рот, чтобы высказать своё мнение по поводу этого странного местечка, но, увидев расширившиеся глаза Стика, промолчала. Парни явно не были настроены на конструктивную беседу о том, что порядочной девушке не место в этом подвале. Что ж, я сегодня – само терпение и понимание, прямо-таки ангел во плоти.
На пропускном пункте дежурили сразу трое лихих парней. Высокие, широкоплечие красавчики, один к одному, как на подбор. Я невольно залюбовалась – обожаю мальчиков в форме. Пока Горан записывал меня в журнал регистрации, а Данте пояснял ребятам, почему у меня нет документов, не смогла отказать себе в удовольствии, и подошла поближе к самому симпатичному стражу порядка. Он насторожился. Пришлось вспомнить студенческие годы и пострелять глазками. Парнишка заулыбался во все тридцать два зуба и даже решился заговорить:
- А чё, как звать-то тя, красавица?
Мда, вот так и рушатся мечты. А ведь с виду настоящий идеал… Хотя, может быть, так и должно быть? Женщина будет блистать интеллектом, а мужчина бицепсами – и никакой конкуренции, мир в семье, удовлетворённость в теле.
- Ольга её звать, - услышала я голос Данте прямо за собой. - Открывай ворота, Жека, красавица идёт прописку себе оформлять.
И стоило Стику закончить фразу, как мой, почти прирученный красавчик, дал заднюю, поглядывая на меня с каким-то священным ужасом.
Надо же, какие интересности начинаются. Ладно, посмотрим, что там за секретная жилплощадь.
А дальше меня ожидал настоящий культурный шок. Под зданием Управления федералов раскинулась огромная лаборатория, которую можно было назвать миниатюрным городком. Здесь, как пояснил Данте, жили, учились и работали мутирующие маги. Люди, многие из которых годами не видели белого света! Кто-то из них родился мутантом, кто-то стал таковым вследствие ритуала, кого-то, как и меня, «перекроил» несчастный случай.
Пока мы петляли по широким коридорам между стеклянных стен, я с интересом и страхом разглядывала всё вокруг. Лаборатории плавно сменились на обычные с виду офисы, затем появились кабинеты, напоминающие школьные классы, несколько кафетериев и, наконец, больничное крыло.
Поначалу у меня в голове роилось множество вопросов, но, чем дальше мы продвигались, тем меньше хотелось знать. Будущее представлялось мне совершенно безрадостным и серым. Провести остаток дней за стеклом, на обозрении у таких же «счастливчиков» и редких «прохожих» федералов – нет, не так я рисовала себе счастливую жизнь.
Видимо Горан заметил перемены в моём внешнем облике и поведении, потому как внезапно сменил гнев на милость и даже постарался подбодрить:
