Уже несколько дней здесь висит, не прикасаясь к земле, черноволосая ведьма. Ее избивали, пытали магией и прочими вещами, но после проверки она была слишком слаба, чтобы говорить, да и бледность и черные венки, что были по всему телу, только начали исчезать. Она была в антимагических кандалах, сделанных специально для некромантов, чтобы они не могли пользоваться своей магией.
Железная дверь вновь открылась, с раздражающим скрипом и в комнату пыток вошел Никлаус.
— Ну что, дорогуша, продолжим наше веселье? — улыбнулся Ник в предвкушении веселого время провождения.
— Да пошел ты, чертов гибрид! — выпалила ведьма и плюнула на землю, тем самым показывая свое неуважения и гордость. Но для Клауса этот жест также значил, что с этой упрямицей придется повозиться, но он все равно расколет этот орешек, каким бы крепким он не был.
Никлаус подошел к некромантке и с силой ударил ее по лицу, да так, что с губы и рта пошла кровь, которой она плюнула в лицо гибрида. Из-за этого жеста все лицо Клауса и его рубашка были испачканы кровью. Гибрид предположил подобное и достал из кармана джинсов платок и вытер лицо.
Девушка лишь ухмыльнулась, за что получила еще один удар по своему, когда-то милому личику. За дни пыток, ее тело было в ссадинах, которые вампиры и не пытались залечить своей кровью. Она чувствовала, что у нее жар и с каждой минутой он становиться все сильнее и сильнее. Наверное, она скоро начнет бредить. Именно этого девушка боялась больше всего, ведь в бреду, можно было рассказать, что угодно, да и ментальная защита будет очень слабой и вампир сможет проникнуть в ее разум. Если это произойдет, то они узнают обо всех некромантах, с которыми она общалась, а также местонахождение гробов и Лиама, который показал ей новую потрясающую силу. Такого допустить она точно не могла.
За своими раздумьями девушка и не заметила, как гибрид взял в свои руки нож. Он легонько провел ножом по правой руке девушки, оставляя не глубокий, но довольно болючий порез. Девушка закричала изо всех сил. Она с трудом выдерживала эту боль.
«Но как? Как такое может быть? Я часто себе резала руку для заклинаний крови и даже вены, и то не так больно было», — подумала ведьма, крича от боли.
Она взглянула на нож, он не был сделан из метала, это было что-то совершенно другое. Нож по цвету выглядел как те злосчастные четки на руках Фина.
И тут ведьму осенило. Она поняла, из чего сделан нож. Он был сделан из солнечного камня, который способен убить некроманта не хуже того оружия, которое создали первородные более пятисот лет назад. Но солнечный камень отличался от оружия тем, что если он соприкасается с кровью некроманта, то с кровью, что течет из ран, исчезает и их магия. Это словно очищение от прекрасной темной магии, которая давала им такую могущественную силу. Что может быть могущественнее, чем иметь силу управлять смертью и воскрешать из мертвых всех, кого захочешь. Гибрид знал, что делает солнечный камень с некромантами. Хоть Кол был тем еще шалопаем, как оказалось не без причины, но свое дело он знал и если дело касалось магии, то в этом случае его младшему брату нет равных, и всегда можно было узнать, когда ведьма халтурит или делает что-то на зло. Именно Кол понял, как лешить силы некроманта и после небольшого болючего эксперимента подтвердили его теорию. Кроме того, как оказалось после такого ритуала, темная магия некроманта к ведьмаку или ведьме не возвращалась.
Никлаус наносил один порез за другим и с каждой каплей крови, что эхом разбивалась о каменный пол, она теряла свою тёмную магию.
— Но так что может, расскажешь мне все и я, сохраню тебе твою магию? — приторно ласково проговорил первородный прямо в губы ведьмы. Но та лишь усмехнулась.
— Я лучше умру от потери крови и без своей магии, чем расскажу тебе хоть что-то, — выплюнула ведьма в лицо гибрида и отвернулась от него, чтобы он не заметил, как по ее щеке проплыла одинокая слеза и вместе с очередной каплей крови, которая разбилась о холодный каменный пол.
— Ой, какие мы упрямые! Может, ты просто мне все расскажешь и это прекратится, — ухмыльнулся гибрид.
— Да катись в Ад! — фыркнула ведьма, хотя ее голос понемногу начал уже слабеть.
— Ты думаешь, вы победите нас. Мы остановили некромантов более пятисот лет назад. Двоих из главарей запечатали, а третьего отправили к прародителям…
— «Отправили к прародителям», говоришь, — съязвила некромантка.
— Говори! — приказал Клаус.
— Нет!
— Говори! — зарычал первородный ударил ее так, что кандалы, прикрепленные к потолку, оторвались. Ведьма полетела в угол, где стояла железная дева и очень сильно ударилась об нее. Но она не показала своей боли, она лишь лихорадочно начала смеяться и немного тряслась. В подвале было очень холодно, но не от холода она тряслась. Она тряслась от предвкушения. Она хотела насладиться выражением лица гибрида, когда произнесет «его» имя.
