Родственники, как обычно, пришли вечером. Все трое нарядно одетые, они излучали довольство собственным положением и уверенность в себе. Отец и брат надели классический костюм-тройку, с белоснежной рубашкой и черным пиджаком, а главное – с галстуком-бабочкой. Мать демонстрировала всем желающим свою идеальную фигуру и была одета в ярко-красное обтягивающее платье до середины икры.
Повесив в шкаф теплые шубы, гости прошли в зал, расселись в кресла.
– Милый, – покачала головой укоризненно мать, – сегодня же твой день рождения. Не мог надеть что-то другое?
Не мог. Марку было удобно в старом растянутом спортивном костюме, надетом за полчаса до появления родных, в пику им. Да, по-детски, но ничего с собой Марк поделать не мог.
– Извини, мама, – не чувствуя ни малейшего раскаяния, – ответил он. – я устаю на работе от официальной одежды.
Конечно же, он солгал. Дома, даже перед уборщицей, он всегда старался выглядеть как можно лучше, но не сейчас, не в свой день рождения, самое ненавистное время в году. Впрочем, родственникам о его домашних привычках знать было не обязательно. Пусть считают его невоспитанным увальнем.
Мать покачала головой и тяжело вздохнула.
«Ну да, вырастили непонятного кого на свою голову», – усмехнулся про себя Марк.
– Думаю, сегодня внешний вид Марка – не самая важная вещь, – добродушно улыбнулся отец. – Поздравляю с днем рождения, сын, твой подарок будет ждать тебя завтра на рабочем столе.
– Спасибо, папа, – поблагодарил Марк, даже не спрашивая, что это может быть. И так понятно, что это что-то, связанное с деньгами. Может, акции какой-то фирмы, может, чек на неплохую сумму. Отец никогда не знал, что подарить своим детям, поэтому всегда дарил деньги, уверяя всех вокруг, что лучшего подарка быть не может. И Марк склонен был с ним согласиться.
Мать еще раз тяжело вздохнула и, вытащив из сумочки, протянула Марку подарок – билеты на круиз, на двух человек, конечно же. Она не оставляла мысли о женитьбе сына.
– Спасибо, мама, – Марк, как послушный сын, запечатлел на ее щеке поцелуй.
Андрей вручил золотой портсигар. Марк не курил. Но эту вещицу всегда можно было при случае кому-нибудь передарить, тому же охраннику на входе, пусть порадуется.
Получив подарки, Марк повел рукой в сторону кухни.
– Прошу, стол накрыт.
«И все из магазина», – добавил он про себя. Уборщицу он готовить не заставлял, не видя смысла напрягать ее. Сам он мог поесть и магазинное, ну и накормить родителей – тоже.
– Это твоя вина, – гремел по квартире голос отца, доведенного матерью до белого каления в очередной раз. – Ты – сварливая баба, которой вечно все не так. Наташа потому и появляется здесь один-два раза в год, а Нина при любом случае старается сбежать из дома.
Ну, на самом деле, конечно, Наташка, папина любимица, появлялась чаще, но не каждую неделю. И он тосковал без нее.
– Да что ты говоришь? То есть это я виновата в том, что ты не смог обеспечить нашим дочерям достойное будущее? – не стесняясь орать, перекрикивала отца мать. – Это же я приношу домой копейки и то и дело трачусь на пиво?!
Пил отец не так уж и часто, но матери, не терпевшей спиртное, все было много.
– Да если бы ты относилась к людям по-человечески, не пыталась поливать их грязью, Наташа не развелась бы первый раз!
Развелась Наташка, потому что поймала муженька на другой, помоложе. И родители знали об этом.
Впрочем, орали они друг на друга не первый раз. К этому шоу привыкли и соседи, и Нина. Она, надо сказать, и не знала другой жизни. Родители собачились чуть ли не с ее рождения. Мать была уверена, что женщина обязана сидеть дома и заниматься детьми и домом, а потому даже не пыталась устроиться на работу или найти подработку. Вот еще, не в том ее роль. Отец не был способен обеспечить на свою небольшую зарплату и себя, и детей, и жену. Вот и собачились постоянно. Почему только не развелись… Угрожать угрожали, но заявление ни разу не подали.
С другой стороны, ни у одного из них не было никакого имущества. Совместно нажитая двушка и старая «лада». Двушку отец получил еще в восьмидесятые, «ладу» купил в конце девяностых. Были тогда несколько удачных месяцев. Но на этом все. Так что разводиться смысла не имело. Ни один из них не желал уходить из квартиры. А машина… На деньги, вырученные от ее продажи, и полгода не проживешь.
Нина вздохнула, вспомнила работодателя, обстановку в его квартире, шикарные машины, стоявшие во дворе многоэтажки. Другая жизнь, далекая и недоступная Нине.
Сердце защемило от горечи и боли. Одни все, другим ничего. Закон джунглей. Мать каждый раз твердила, что Нина должна радоваться той работе, которая у нее есть. Что она еще хорошо устроилась, многие получают меньше. Что с ее внешностью максимум, который ей доступен, за копейки стоять на кассе. Нина молчала. Она всегда молчала в ответ на отповеди матери или поучения отца. Какой смысл говорить? Все равно не услышат.
Устав от ора за стеной, Нина вдела наушники в уши и включила свою любимую рок-группу.
