За столом уже сидел, принюхиваясь, Аристофан и я промчался в ванную, крикнув на ходу:
— Без меня не начинайте, изверги!
Уважили всё-таки начальника, дождались. Шашлык был сказочный. Это Иван Палыч, заслышав о предстоящем походе, расстарался. Куски мяса были еще горячие, пахли дымком и чуть ли не лопались, разбрызгивая во все стороны сок, когда мы с аппетитом вгрызались в них. Через полчаса с шашлыком было покончено, можно было переходить к десерту, но тут, как всегда не вовремя в коридоре зацокали копыта. Вот откуда Маша знает, что пришло время сладенького?
Точно, это были Маша с Олёной, да еще и Максимилиан, засунув большую голову в дверь, вежливо поздоровался сразу со всеми. Пришлось пригласить девушек к столу, а коню выделить десяток блинов, которые он просто одним махом слизнул с тарелки.
— Федор Васильевич, — облизнулся Максимилиан, — я сегодня с вами отправляюсь?
— Вряд ли. Ты до Урала за сколько доберёшься?
Конь поднял глаза кверху и пошлёпал губами:
— Часов десять не меньше, Федор Васильевич.
— Ну не сегодня тогда. Шагай к себе в конюшню, там уже порядок навели. Наверное, по книгам своим соскучился?
Пока я прощался с Максимилианом, дед выставил на стол целый тазик оладиков.
— А ну-ка, добры молодцы да красны-девицы, налетай! Федька наш новое блюдо придумал к оладикам и никакого мёда-варенья не надо такая вкуснотища ента сгущенка!
Предатель. А может им нельзя? А может у них несварение будет от незнакомого продукта? Как мне с ними на войну тогда идти?
Уровень оладиков в тазике уменьшался просто на глазах, и я поспешил присоединиться к компании. Дед был прав хотя я это и без него знал — оладики со сгущенкой… м-м-м… Ну вы поняли.
Лукошкинский отец Кондрат не успел бы торжественно прочитать «Отче наш» как с оладиками было покончено. Ну и ладно. Потом лично для себя такой же тазик закажу и даже побольше.
— Мсье Теодор, — Маша погладила вздувшийся животик, и кивнула на пару мешков у стены, на которые я и не обратил внимания, — а мы вам подарочки привезли.
— Пряники?
— Два беса, которые мне про вас рассказывали.
— Можно, босс? — Аристофан поднялся из-за стола.
— Давай только по-быстрому, нам скоро в дорогу. Или вообще на потом отложи. Сдай пока в камеры под роспись.
— Да не, — ухмыльнулся Аристофан, — я в натуре быстро, босс.
И правда, минут через пятнадцать, пока мы все еще были заняты тяжкими вздохами после съеденного, Аристофан заявился довольный и с ходу заявил:
— Это… босс. Бесы эти залётные, реально с восточной границы пришли. Говорят, нанял какой-то огненный летающий дед рассказать в городе, мол, хана царству Кощееву пришла. Обещал золотишка отсыпать, когда обратно идти будут. Больше ничего не знают, в натуре.
— Похоже, опять Бабай, — задумался я. — Пора бы и с ним разобраться. Что это за кадр такой у нас объявился? А с этими двумя бесами, что думаешь делать?
— Да отпустил я их, босс. Сявки подзаборные. Дал им пинков конкретно и рванули они на восток. А что, не надо было отпускать?
— Да пусть идут, — отмахнулся я. — Еще с ними мы не заморачивались… Ну что, в путь? Только… Машуль, Олёна, может быть, вы всё-таки останетесь?
Но за девушек, к моему удивлению, горячо вступились и Михалыч и Аристофан.
— Пущай идут, внучек, уж лишними не будут, да и не помешают, точно.
— Реально, босс, наши шмары — бойцы хорошие.
И тут же получив от «шмар» с двух сторон по рогам, заржал и залез под стол, вереща, как Тишка с Гришкой, удирающие от деда. О кстати. Я включил комп и накидал первых попавшихся мультиков на сутки без перерыва, да еще закольцевал на повтор. Мало ли как сегодня обернётся всё, а так хоть паразиты мелкие без мультиков не останутся.
Аристофан вовремя предупредил, что в тех краях уже настоящая зима, и мы разбрелись по комнатам за тёплой одеждой. Точнее — все разбрелись, а меня Михалыч снабдил тёплым полушубком, сапогами на шерстяные носки, да заставил надеть меховую шапку. А уж от шлема я сам благоразумно отказался, представив, как могу случайно прижаться щекой или губами к промёрзшему железу. Ничего, посмотрят и без шлема на мой облик светлый и в меру прекрасный. Может, сразу ужаснутся и отдадут змеиные глазки.
Аристофан с Олёной ушли к воротам — там у них подземный путь начинался, а мне пришлось переправлять нашу троицу. Открыв коробочку, я произнес:
— Шмат-разум, перенеси нас с дедом и Машей прямо к Калымдаю на Урал.
— Хозяин а, хозяин? — послышался шёпот из открытой шкатулки. — Звиняй, хозяин, не смогу сразу всех. Обессилел.
— О блин, не вовремя-то как. И что теперь делать?
— По двое, хозяин могу, а больше никак.
— По двое ладно, сойдёт. А обессилел-то с чего? Ты же сегодня не работал.
— Запас сил кончился, — из шкатулки донесся долгий вздох. — Надоть снова ведро самогонки заливать.
— Ты на самогоне работаешь?! — восхитился я. — И как только в нужные места попадаешь? А надолго ведра-то хватает?
— Лет на двадцать, хозяин.
— Вернёмся — лично волью ведро, — пообещал я. — А пока перенеси меня с дедом к Калымдаю на Урал.
