И обрушилась стена полностью

Майкл(с притворным смирением). Когда Господь увидел, что нам угрожают Безбожные Коммунисты, Он послал нам Сенатора Джо. Когда Он увидел, что нам угрожает Ужасный Кариес, он послал нам зубную пасту «Нью-Крест». С фторидом чего-то там. Или хлоридом?

Кэти(возбуждаясь, но пытаясь это скрыть). Знаешь, что ни говори, но, если бы ты был настоящим американцем из Теннесси, как я, у тебя было бы больше причин для беспокойства.

Майкл(тоже возбуждаясь). Больше, чем по поводу кариеса или Сенатора Джо?

Кэти(реагируя более явно). О, да, больше… и хуже того… любой добропорядочный баптист тебе скажет…

Камера показывает крупным планом губы Кэти.

Майкл(за кадром). Что же он мне скажет?

Кэти(дыша немного учащённо). Что создания, объявляющие себя ангелами, — это, возможно, дьяволы… демоны из ада — они пытаются в тебя войти и…

Камера неподвижно фокусируется на её губах, набухших от чувственного желания.

Майкл(за кадром). Войти в меня? И?

Кэти(утратив контроль). О, милый, милый…

Майкл(за кадром). Кэти… Кэти… Я люблю тебя…

Дантист — теперь это лысый карлик — надвигается на нас с инструментом зловещего вида.

Майкл (ещё раз повторяет за кадром — без интонации и страсти, чувствовавшихся при первом произнесении, просто вспоминая): Кэти… Кэти… Я люблю тебя…

Майкл и Три занимаются любовью стоя, облокотившись на письменный стол.

Кровать подпрыгивает верх-вниз, но не из-за страсти Майкла и Кэти. Всё в комнате прыгает вверх и вниз. Кэти и Майкл в ужасе. Ситуация в целом напоминает сцену из фильмов «Изгоняющий дьявола» или «Полтергейст».

Мы видим Кэти во время родов. Она дышит часто и тяжело, но ритмично.

Мы видим бегущих Майкла и Кэти в купальных костюмах. Рядом с ними лежит маленький ребёнок.

Кэти сервирует Майклу завтрак в небольшом алькове.

Кэти (она по-прежнему не избавилась от лёгкого южного акцента). Ну и толчки были ночью. Кажется, было не меньше пяти баллов по Рихтеру.

Майкл(уткнувшись в учебник по физике). Гм. Что?

Кэти(усаживаясь). Я говорю, что ночью было довольно сильное землетрясение.

Майкл (откладывая книгу). Что? Ночью было землетрясение?

Кэти(немного смущённая). Конечно, было. Майкл, что с тобой? Ты ведь не спал. Мы же… ну, сам знаешь… занимались любовью.

Майкл(реагируя болезненнее, чем следовало бы). Да о чём ты говоришь, чёрт побери? Пока я не спал, не было никакого землетрясения.

Кэти(повышая голос). Но не приснилось же мне!

Майкл(закуривая сигарету, нервничая). Должно быть, это всё же был сон, Кэтрин Энн. Клянусь Богом, я не помню никакого землетрясения.

Кэти(с отчаянием и безрассудным упрямством). Но Майк, честно, мы же оба не спали. Мы… занимались любовью…

Они оба застывают с полуоткрытыми ртами, растерянные, опасающиеся чего-то такого, о чём даже не смеют подумать.

Раздаётся гром. Майкл испуган. Камера фокусируется на ребёнке. Это мальчик; кадр застывает под скорбный погребальный сигнал военного горна.

Затемнение.

Мы смотрим вниз на Майкла, лежащего на кушетке. Наконец-то он заснул и выглядит почти умиротворённым. Тихонько входит Кэти, бросает на него нежный взгляд и, успокоенная, выходит.