Я внимательно всмотрелась в ее руки, но никаких признаков разложения на ее коже не заметила, что опровергло мои поспешные выводы о зомби. Спрашивать же, что она такое, было неудобно.
– Ну что ты напряглась-то вся? Ничего страшного. Наверстаешь. Учебный год только начался.
Слова, сказанные доброжелательным тоном, призванным успокоить, возымели обратный эффект. Конечно, моя авантюра с внедрением в это учебное заведение не обещала мне легкой жизни, но пока старушка неспешно перелистывала страницы и скользила указательным пальцем по скудному списку адептов на букву «Ч», я в мыслях себя раскрыла, бросила в тюрьму, казнила и умудрилась проделать это несколько раз.
Две минуты показались мне вечностью. Да я чуть с ума не сошла! За это время я бы десять раз себя нашла, но торопить флегматичную старушку было нельзя. Когда ее палец остановился и похлопал по нужной строчке, я не поверила своим глазам.
– Есть такая, но мы полагали, что… ах, уже не важно. Я восстановлю тебя, милочка, и возобновлю читательский билет. А ты поспеши, – она бросила короткий взгляд на расписание и сообщила, что сейчас у моей группы занятия на «Хоздворе» в 6 аудитории, предмет: «Магнит благ».
– Жду тебя после занятий.
– Да?... Да-а!... Спасибо! – я развернулась. Не в силах сдержать счастливую улыбку, пробежала несколько метров. Внезапно опомнившись, вернулась.
– А где это? – и тут же пояснила, – стресс пережитого, никак не могу сосредоточиться…
– Да-да, я понимаю. Выйдешь из главного корпуса, пересечешь двор, третий слева блок твой.
– Точно. Спасибо, – я сделала вид, что все вспомнила и уже со знанием дела направилась к выходу. Душа визжала от восторга, неужто моим скитаниям пришел конец! Больше не придется красть еду и ночевать в клоповниках под звучный аккомпанемент прерывистых, свистящих и раскатистых храпов… Наверное, стоило сразу узнать про комнату в общежитии…
«Успеется», – подумала я и остановилась напротив нужной двери, на которой, то ли когтем, то ли ножом была криво нацарапана цифра «6». Постучав и не дождавшись ответа, я сделала глубокий вдох и резко выдохнув, распахнула трухлявую дверь. Первое, что бросилось в глаза, это посох в виде полумесяца с не пойми какими наростами, который стоял у стены. Тут же из водоворота удивленных лиц адептов, деревянных парт, стендов во всю стену с множеством старинных книг, спиртовок, уймой заготовок, колбочек, баночек, жестянок и коробок с неизвестным содержимым, взгляд вычленил владельца чудо-посоха. Вот чего-чего, а такой встречи я не ожидала, и надо отдать должное оригинальности и чувству юмора профессора:
– Мы ждали вас неделю, – членораздельно произнес он. – Вы еще столько же планируете стоять на пороге?
При виде этого лысого коротышки в балахоне цвета пожухлой листвы у меня пропал дар речи.
Ух ты! Это надо же сколько на нем всякой всячины: амулеты, магические обереги, притягивающие удачу, продлевающие жизнь, уберегающие от несчастья, подпитывающие и… запутаться можно! В силу своей теоретической безграмотности в данном вопросе, мне оставалось лишь догадываться, какими возможностями наделена каждая побрякушка и насколько широк ее внутренний резерв. Старик словно запечатал себя в огромном коконе, точнее, в огромном бутоне, каждый лепесток которого состоял из множества невидимых простому взору тончайших разноцветных светящихся нитей люрекса. Смотрелся бутон очень гармонично, и, по всей видимости, заглушал всякое негативное воздействие. В одно мгновение «шарлатан» с рекламного плаката вырос до профессора, причем с большой буквы, стирая всякое желание высмеивать его несуразный за счет обилия побрякушек вид.
– Стоять на пороге плохая примета!
– Простите, профессор…
– Профес-сор Хид-ден!
– Простите, профессор Хидден, – исправилась я и, задержав дыхание, сделала шаг в кабинет-лабораторию. Небесный гром не грянул и здание не обрушилось.
Сжав вспотевшими пальцами подол домашнего платья, я нервно прошла меж парт в самый конец ряда. Сесть ближе мне не позволили вещи, наспех скинутые на свободный стул, который я намеревалась занять. «Мисс очарование» ясно дала понять, что мое общество ей крайне неприятно. Пришлось составить компанию некроманту.
Мой сосед встретил меня убийственным взглядом. Оно и понятно, когда по всему городу жуткие антинекромантские лозунги призывают развеять твой прах по ветру, невольно обозлишься на весь мир. Свое сочувствие я приберегла, когда с губ некроманта сорвался вопрос: «в своем уме?». Не дождавшись от меня ответа, он закатил глаза, обреченно уронил голову на парту и сомкнул на затылке пальцы в замок, собрав в хвост распущенные волосы цвета вороного крыла.
– Я Роиль, – не зная как быть, шепотом представилась я.
– Я знаю кто ты, нежить, – недружелюбно ответил парень, не поднимая головы. – Не могла сесть за другую парту?
Вот и познакомились!
– Рои-иль! – протянул лысый профессор и было в этой тягучей пластичности нечто, что заставило насторожиться и собраться.
– Да?
