– Новоприбывший? – с нотой сожаления, граничащего с злорадством, произнес врач и, получив положительный ответ в виде резкого кивка Клода, медленно поднялся с кресла, указав пальцем на большой стул около зеркала, – сади его туда, будем осмотр проводить.
Клод послушался и усадил уже почти потерявшего силы Омара на показанный стул, а сам быстро отпрыгнул обратно. Врач, на это время ушедший в другую часть шатра, вернулся уже с накинутым белым халатом поверх жилета (пиджак пришлось снять). Передвигался он неохотно, будто только что проснувшись. Скотт подошел к стулу, на котором сидел Омар, и глазами осмотрел араба, безо всяких манипуляций, и отошел к небольшому столику около зеркала. Столик был с закрытой крышкой, так что сначала не представлялось возможности увидеть его содержимое. Но как только Омар подумал, что визуальный осмотр закончен и пора подниматься со стула, господин Скотт отворил крышку стола и все, что содержалось под ней, оказалось представлено взору бен Али: огромное количество медицинских приборов, скальпели, ножи, ножницы, иглы, сфимографы, шприцы, щипцы, лезвия и пр. От одного их вида у Омара поступил холодный пот.
– Не переживай, больно уж точно не будет, – стальным безразличным голосом произнес Герман и взял шпатель. На недопонимающий взгляд араба ответил, – руки в спирту, а это – чтобы горло твое осмотреть.
В итоге Омару пришлось полностью покориться врачу. Последний сначала осмотрел горло, потом глаза, затем уши и нос араба. Дальше последовал осмотр волос головы на предмет наличия вшей – у Омара их не оказалось, из-за чего Скотт со спокойствием вздохнул. Осмотрев волосы головы, Герман стал изучать руки араба: вначале плечи, локти, предплечья; позже особо тщательно осматривал кисти рук. Ему пришлись по нраву длинные худые пальцы Омара, совершенно без дефектов, идеальные по своему строению. Измерив длину буквально каждого пальца, врач приказал Омару спустить штаны. Это привело в шок обессиленного араба, причем так сильно, что тот подпрыгнул на стуле. Объяснив, что это необходимая процедура медицинского осмотра, Скотт убедил араба подчиниться и не сопротивляться. От подробностей дальнейшего осмотра вас следует освободить, дабы не повредить вам психику. Но стоит упомянуть, что Герман обратил внимание на то, что Омар постоянно держал руку на затылке, а также постоянно постанывал, явно от боли. Поэтому Герман, закончив, наконец, свой осмотр, решил поинтересоваться о природе этой боли. Узнав, что боль шла от тупой раны на затылке, Скотт обработал место, подвергшееся в свое время удару, наложил небольшую повязку, а также дал Омару выпить полстакана морфия, чтобы унять боль. От морфия арабу еще сильнее захотелось спать, и Скотт заметил и это.
– Советую пока его не вести к хозяину, пусть выспится, иначе упадет прямо у него кабинете, – сказал Герман Клоду, который все это время продолжал молча стоять на входе в шатер.
– Да, я думаю, вы правы, – согласился Клод, поглядывая на Омара, который сидел на стуле, покачиваясь из одной стороны в другую.