А теперь он не смог бы этого сделать при всем желании: к нему приближались двое полицейских, двигаясь с разных сторон и прикрывая друг друга. У него всего-навсего был револьвер — мелкое правонарушение. Год назад он бы сдался, чтобы получить от полугода до пяти лет. Не то теперь: ему грозило пожизненное заключение, потому что это был бы его третий по счету приговор, пусть и за сущую мелочь. А раз так, он знал, как ему быть: лучше убить или сдохнуть самому, чем собственной рукой перечеркнуть весь остаток жизни. Женщина-полицейский наступала прямо на него, черный коп заходил по дуге. Толпа расступилась, пропуская женщину. Между ней и Дизелем оставалось всего пять футов.
— Ты! — крикнула она, указывая на него.
Он оглянулся, делая вид, что не понимает, кого она имеет в виду. Люди в толпе тоже озирались. Мелани Странк сделала шаг вперед.
Дизель увидел веснушки на ее лице, обрамленном полицейским шлемом. Под форменным кителем, испачканным от катания по асфальту с Троем, топорщился бронежилет. Она еще не заметила револьвер, загороженный пакетом. В ее распоряжении были доли секунды, но их не хватило: перед ней появилось револьверное дуло, прогремел выстрел. Пуля угодила ей в нижнюю часть живота, как раз под жилет. Тяжелая пуля швырнула ее наземь и перевернула. Она вскрикнула от боли.
Толпа с воплями бросилась от Дизеля врассыпную. Полицейский Линкольн спрятался за машиной, сжимая в руке револьвер.
Трой, прижатый щекой к асфальту коленом менеджера, при выстреле попытался привстать, но на помощь к менеджеру пришел упаковщик: они навалились на него, и он ничего не увидел.
Дизель выстрелил наугад в сторону чернокожего копа и побежал к дальнему концу магазина. «Боже, Боже, Боже!» — повторял он про себя. Мирный вечер неожиданно вылился в настоящий конец света.
Мелани Странк извивалась на бетоне, зажимая руками рану и стараясь не кричать. Между пальцами сочилась кровь.
Линкольн дождался, когда беглец свернет за угол, потом выскочил из-за машины и бросился за ним.
На улице позади магазина отставной помощник шерифа, слышавший выстрелы и увидевший человека, выбежавшего из-за угла и метнувшегося к забору, ударил по тормозам, выскочил из-за руля и заорал:
— Эй, ты, стой!
Дизель запрыгнул на забор, неуклюже сполз на другую сторону, покачнулся и шлепнулся. Отставной помощник шерифа настигал его, широко раскинув руки, как борец, готовый сделать захват. Дизель успел вскочить, попытался опрокинуть живую помеху, но, почувствовав сопротивление, выстрелил герою в ногу. Тот повалился, Дизель влез в его машину.
Полицейский Линкольн встал в стойку и прицелился. Расстояние до мишени составляло тридцать пять ярдов. В тот момент, когда он спустил курок, Дизель чуть наклонился, включая передачу.
Пуля пробила ветровое стекло и просвистела в дюйме-другом позади Дизеля, вылетела через стекло справа, перелетела через улицу и проделала дыру в витрине парикмахерской. Карл Элрой, сидевший в парикмахерском кресле и не помышлявший ни о чем, кроме бритья, поплатился раздробленной рукой и часами, преподнесенными ему на Рождество.
Дизель утопил педаль газа, машина с резким креном рванулась с места. Пули попадали в нее одна за другой, но не могли ее остановить. Дизелю было невдомек, что в бензобаке появилось две дыры, из которых на улицу хлещет бензин. Датчик показывал, что у него есть полбака.
У магазина раздавались истерические голоса, требовавшие скорую. Полицейские на мотоциклах и в автомобилях мчались к месту происшествия с включенными сиренами и мигалками. Менеджера, не дававшего Трою встать, сменили полицейские. Он увидел синие форменные штанины. Когда башмак полицейского наступил ему на голову, расплющив лицо по асфальту, перед мысленным взором выросли гранитные стены тюрьмы Фолсом. Его поставили на ноги грубым рывком за наручники и поволокли к «универсалу» с зарешеченным отделением сзади. Он врезался лбом в дверь, кто-то пригнул ему голову, потом его швырнули внутрь. Снаружи вертелись синие мигалки. Когда «универсал» тронулся, Трой услышал стрекот вертолета. «Беги, Дизель, беги!» — успел подумать он, погружаясь в черное отчаяние.
Угнанная машина промчалась милю, прежде чем из нее вылился весь бензин. Дизель затравленно огляделся. Он оказался в районе старых каркасных домов, улица представляла собой тоннель под густыми кленовыми ветвями. Солнце еще не успело спрятаться, а здесь уже было темно. Он вылез из машины и поежился от холодного ветра. Нужна другая машина, иначе его схватят. Машину он угонит. Он пробежал квартал, выскочил через проулок на параллельную улицу. Взбежал на первое же крыльцо и позвонил. Никто не отозвался. Он пересек лужайку. В соседнем доме было освещено окно. Он нажал на звонок, дрожа и беспрерывно озираясь. Послышались шаги, дверь открылась. В доме работал телевизор. Перед Дизелем вырос мужчина лет за шестьдесят.
— Да? — проговорил он. За его спиной громко лаял шотландский терьер. — Тихо! — прикрикнул старик и отодвинул собаку коленом.
Сетчатая дверь была закрыта, но не заперта. Дизель открыл ее и ткнул револьвером в живот хозяину.
