А что если среди обычных людей нашего мира, есть те, кто наделён Даром Д и может не только пересекать границы миров, но и переписывать события и даже создавать собственные миры? Сильвия просто писала картины для галереи и ничего такого о собственных возможностях даже не подозревала, пока не наступил 2020 год. Вот тогда на пороге ее мастерской и появился странный тип, прячущий лицо под капюшоном. Он вытащил ее на крыши ночного города, научил слышать стены и делать окна Городу. С тех пор Мир перестал быть тем, чем был прежде.
Часть первая
Глава 1. Откуда взялся До
Первый раз Сильвия увидела До на пороге собственной мастерской. Кажется, лет сто назад.
Как будто вчера.
Дверь резко распахнулась, и проем почти полностью занял мужской силуэт в каком-то дурацком балахоне.
Нежданный гость стоял против света. Вдобавок – объемный капюшон на голове. Натянут примерно до того места, где у людей брови. Наверное, и у него брови, тоже, – вот только не видно. Лицо оставалось в тени.
Входной проем мастерской – стандартного размера. Обычно в нем достаточно пространства, чтобы войти, не застряв. Но этот странный тип заполнил его весь. Узкий просвет остался только сверху, над его головой и плечами.
– Сил-виа?
Акцент непонятного происхождения. Ее имя он произнес жестко, ударение – на предпоследний слог, и почти съел концовку.
Лица было не видно, даже когда незнакомец вошел. Дверь за ним захлопнулась, сверху посыпалась штукатурка.
Неожиданными посетителями Сильвию было не удивить. Она уже привыкла к таким набегам на мастерскую.
Когда работала здесь, телефон с собой не брала. Оставляла дома. То есть дозвониться ей, даже с чем-то срочным – не вариант.
К галеристам же нередко обращались клиенты, которым непременно требовалось пообщаться с художником перед сделкой, уточнить детали, которые им казались существенными. Важными.
Странные люди, что с них взять.
Но некоторые галеристы – свои ребята. Они уверены, что Сильвия не подведет. Поэтому между ними договоренность – при необходимости давать адрес мастерской покупателям.
Не всем, боже упаси, только проверенным. Тем, кто на крючке. То есть, уже внес аванс за картину.
Так вот, этот тип в мешке-балахоне, который «Силвиа?» с ударением на предпоследнем слоге. Он на проверенного не тянул.
Ни в одной галерее он не прошел бы даже этот их face-контроль, не говоря о большем.
Значит, самозалетная птица. Хотя, конечно, будем честны, в своем нелепом костюме он больше напоминал средневекового инквизитора.
Опавшая с потолка труха осела у порога, за его спиной. От нее поднялось едва заметное известковое облачко.
Вообще-то Сильвия терпеть не могла, когда ее сбивали, вытаскивали из работы.
Но этому типу повезло. Он заявился в мастерскую до того, как Сильвия приступила к картине.
Она только что закончила уборку и варила кофе. На настольной плитке, пристроенной на табурет в углу.
Его балахон с капюшоном напоминал мешок, в котором выносят строительный мусор. Еще два неплотно набитых мешка – его штаны.
– Силвиа? – повторил голос из-под капюшона.
В джезве как раз поднималась пенка, и нужно было не упустить момент – за секунду до закипания. Если пропустишь, можно выливать, испорчено, и начинать варить заново.
Сильвии это всегда портило настроение, поэтому не стоило лезть ей под руку.
– Силвиа? – и опять это раздражающее ударение. Где так говорят вообще?
Одним коротким жестом, свободной рукой, она остановила его. Сосредоточилась на кофейной пенке.
Пузырьки воздуха поднимаются снизу, со дна джезвы, и вот-вот прорвутся через плотную поверхность. Стоп, снимаем.
– Кофе. Будете?
Сильвия держала джезву в левой руке, а правой уже шарила в навесном шкафу, доставала кружки.
Человек в мешке зашевелился. Потом неловко стянул с головы капюшон.
Густые темные волосы, сильно отросшие, почти до плеч. Намагнитились, поднялись, потом упали. Сантиметровая щетина, еще не борода, но почти.
Да, брови как раз на той линии, до которой доходил капюшон. Все, как и предполагалось.
Сильвия снова поставила джезву на плитку. Если хочешь получить хороший кофе, дай пенке подняться еще раз.
Широкие темные брови, сросшиеся на переносице. Пересечены двумя глубокими морщинами посередине.
Короткий взгляд на Сильвию, исподлобья.
Черные глаза, как будто одни зрачки, без радужек.
Закрученные вверх ресницы. Густые, от них на лицо падает тень.
– Будете? – повторила Сильвия, показав глазами сначала на джезву, потом на пару кружек.
Одна – цилиндр с широкими красно-белыми полосами. Вторая – чуть пузатая снизу, кирпичного цвета, потрескавшаяся глянцевая заливка. Сильвия держала обе в одной руке, подвесив на указательном пальце за ручки. Кружки стукались боками.
Пенка снова поднялась, подобралась к краям джезвы.
Незнакомец втянул носом воздух, уже наполненный кофейными парами, и коротко кивнул.
Реакция Майяра в действии.
Сильвия подняла джезву с плитки, чуть подержала на весу, подождав, когда пена опустится, и снова поставила ее на плитку.
– Да?
Нос у него – ну, можно сказать, был изначально прямой. Сейчас – с едва заметной горбинкой, чуть ниже переносицы. Наверняка, был сломан, вовремя не вправили, хрящ с костью неправильно срослись. Еще и смещение носовой перегородки.
Снова кивнул.
Сильвия дождалась, когда кофе поднимется в третий раз. Сняла, выключила плитку.
Поставила кружки на подоконник. Разлила в них кофе из джезвы, поделив на две равные порции.
Для этого ей пришлось повернуться к незнакомцу спиной.
Но даже так она чувствовала его взгляд.
Хмурый, настороженный.
