Смоленцев сопротивлялся. Ему, видимо, хотелось надрать задницу Климу. Он продолжал сверлить Клима яростным взглядом до тех пор, пока его дыхание не выровнялось. Потом он взял меня за руку и повел к нашему домику. Пока мы шли, никто не произнес ни слова. Но я чувствовала, как горит моя спина. Я была уверена, что Клим провожает нас взглядом вместе со всеми. И не понимала зачем он только что оправдал меня в глазах Ваньки. Испуг? Совесть? Или очередной ход в его игре?
- Ты правда в порядке? – Ванька заглянула мне в глаза, когда мы закрыли дверь в нашу комнату и остались наедине.
Я смогла только кивнуть.
У меня появился шанс рассказать ему правду, но я медлила. Во рту пересохло и подходящие слова словно испарились из моего лексикона.
- Ты такая бледная! Сильно испугалась, сладкая?
Я снова кивнула.
- Клим – идиот! Он безбашенный! Но я правда думал, что если попрошу его, то он с тобой будет вести себя нормально. Прости меня! Я не хотел, чтобы все так получилось! – у Ваньки в глазах и в голосе столько мольбы, что я едва сдерживала слезы.
Это не он должен был просить прощения. Это я так виновата перед ним. Но вместо оправданий, глухо прошептала:
- Все в порядке, Вань! Просто я испугалась. Но горячий душ и вкусный чай приведут меня в чувство.
- Я правда не хотел… Давай ты в душ, а я за чаем с травами и сахаром.
- Это было бы отлично…
Я хотела остаться одна. Не могла смотреть на Смоленцева и слышать, как он просит прощение за то, за что не должен был просить.
Мои надежды на горячую воду не оправдались. Она ничего не смыла, а я ничего не забыла. Терла себя остервенело мочалкой, чтобы избавиться от воспоминаний и больше не чувствовать себя грязной и развратной. Но грязь была в душе. Ее было не смыть. Я закрывала глаза, и снова видела Клима. Как он ласкает меня, как кончает на меня.
Не Ваньку. Не вину перед ним. Не стыд за свой поступок. А этого проклятого заносчивого Клима Горячева. Даже меняла воду с горячей на холодную и обратно, но все равно не могла избавиться от мыслей о кареглазом мерзавце.
А после душа долго стояла в ванной и рассматривала свое тело в большом зеркале. На бедрах и вправду начали проявляться синяки, как подтверждение тому, что это не сон.
Клим не лишил меня девственности. Клим придумал лживую историю с превышением скорости. Не знаю какие у него мотивы и что он задумал, но это был мой шанс. Я не хотела расставаться с Ванькой. Не могла его предать сейчас. Не могла сделать ему больно. Глядя себе в глаза, поклялась, что больше не допущу такого промаха. Что забуду эту поездку и Клима вместе с ней.
Поэтому, когда вышла из душа, я была настроена на то, что я все исправлю и никогда не позволю Смоленцеву сомневаться во мне.
Ваньки в комнате не было, но зато был чай. Горячий, сладкий, травяной. Я пила его с удовольствием, ощущая, как во мне появляются силы и уверенность в себе. И я даже смогла беззаботно улыбнуться Смоленцеву, когда он вернулся.
- Ну вот, хоть румянец появился на щеках.
- Благодаря тебе. Спасибо за чай.
Ванька подошел ко мне и положил руки на талию.
- Ты красивая очень…
- Поцелуй меня…
Смоленцева не нужно было просить дважды.
Его губы, такие знакомые, родные, накрыли мои в нежном поцелуе. Его язык лениво ласкал мои губы. Руки скользили по телу, а я замерла в ожидании крышесносных ощущений.
- Пойдем на кровать…
- Ян! Ты чего? Я, если что, не железный, я могу и перейти границы…
- Переживу, не маленькая!
Смоленцев удивленно уставился на меня. Но мне нужно было это. Нужно было ощутить его ласки и напомнить себе, как сильно я его люблю.
Не увидев во мне сопротивления, Ванька подхватил меня на руки, и через мгновение я оказалась на кровати. Протиснувшись между моих ног, Ванька шумно выдохнул, а потом впился в мои губы. Грубовато, жадно. Словно боялся, что я исчезну.
Под тяжестью его тела мое дыхание сперло и мне пришлось выгнуться навстречу, чтобы глотнуть немного воздуха.
- Если сейчас не остановишь, то завтра отсюда поедешь уже далеко не девочкой…, – Смоленцев сжал мое бедро, а затем протиснул руку под полотенце.
Я ни протеста, ни согласия выразить не успела.
Кто-то громко, настойчиво постучал в нашу дверь.
Момент был упущен.
- Бл*ть, – процедил Смоленцев, поднимаясь и помогая мне поправить немного съехавшее полотенце. – Кого там принесло так не вовремя?
Это была Смирнова.
Она медленно вошла к нам в комнату и, как только за ней захлопнулась дверь, начала всхлипывать. По щекам сразу же побежали светлые дорожки. Выглядела она не очень. Хотя короткий сарафан сидел идеально на ее фигуре и подчеркивал каждый изгиб ее тела. Была бы парнем, облизнулась.
- Яяяяян! – запричитала она, пытаясь обойти Смоленцева.
- Ты то чего? – остановил ее Ванька, схватив Ленку за локоть.
- Ничегоооо… Он меня выгнал….
- Кто?
Ленка попыталась вырваться из хватки Смоленцева, но он держал ее крепко.
- Кто-кто? Клиииим!!! – Ленка выла, уже никого не стесняясь. – Сказал, что это была разовая акция! И выгнал, сказал, что я больше ему не нужна… А он мне понравился….
