В тёмном-тёмном замке жил тёмный-тёмный маг и строил тёмные-тёмные планы. Всё бы хорошо, но для их осуществления нужна девушка, а, как говориться, «женщина на корабле — быть беде»! Куда приплывёт лодка под названием «отлично спланированный переворот»? Неизвестно. Самой Любови тоже будет ой как непросто. С одной стороны контракт, с другой мораль, а вокруг одни гады, только и мечтающие использовать девушку в своих корыстных целях. И над всем этим вьётся кошмарный призрак, наводящий ужас на всех и вся. Кто он? Откуда? Что ему вообще надо?18+
— Не хочу, не хочу, не хочу! Почему я, почему не кто-нибудь из местных? На худой конец, мог бы взять кого-то более беспринципного, чем я, — предательские слёзы навернулись на глаза.
— Потому что у тебя есть, ради кого бороться, — раздался издевательский ответ, — и тобой легче манипулировать. Плюс ты незаинтересованная сторона.
«Вот гад! Гадский гад!» — вслух раздавалось лишь недовольное сопение.
— Повторяю в последний раз: ты выполняешь всё, что требуется, и я возвращаю тебя обратно в то же место и в ту же секунду, что и забрал. С приличным вознаграждением!
— Каким? — отреагировала она на новую информацию.
— Что там у вас в цене? — поинтересовался в свою очередь мерзкий тип.
— Рубли, доллары, евро.
— Никогда о таком не слышал, — он задумчиво почесал подбородок, — а золото?
— В слитках и с государственным клеймом, — обнаглела девушка, ухватившись за отличную возможность отвлечься от намечающейся истерики.
— Песком, — отрезал мужчина и достал желтоватый свиток, — вот контракт, подписывать кровью, — и протянул его вместе с тонкой иглой.
— Песком так песком, — ворчливо согласилась Любаня и попыталась вчитаться в заковыристый почерк. М-да, с такими условиями проще помереть, чем соответствовать!
Облачённая в белоснежное свадебное платье, задыхаясь от прилипшей к лицу фаты, Любовь штурмовала неприступную крепость. Атласные туфельки на тонком каблучке мгновенно порвались, стоило ей предпринять попытку взобраться на стену, но она продолжала упорно карабкаться вверх. Острые грани до крови ранили нежную кожу, алая кровь алчно всасывалась ненасытными камнями. Выбросить руку, ухватиться за выпирающий конец, опять порез. Нашарить ногой новую точку опоры, вытерпеть очередную рану, подтянуться, несмотря на острую боль. Главное — не смотреть вниз, только вверх. Зря она это сделала… Навстречу измученной девушке мчался оскаленный череп огромных размеров, с каждым метром всё шире и шире открывая челюсти. Ещё не много и он её проглотит! Не выдержав, она срывается вниз, заворожено глядя в пустые провалы глазниц. Ультрамариновая дымка еле успевает за призрачными костями. Падение, боль, темнота.
Жила-была девочка Люба. Ростом не удалась, характером тоже, в смысле его покладистости, спасало только наличие чувства юмора. И если поначалу оно было светлым, то со временем сменило свой цвет на противоположный, причём даже не за печеньки. Сей метаморфозе способствовала на редкость непростая жизнь. Студенческий брак: головокружительный, страстный, нежданная беременность… Муж стремительно устроился на подработку, забегал, как в копчик ужаленный, но, оказалось, вовсе не в ожидании чуда, нет…, деньги на аборт зарабатывал.
— Ну, сама подумай, какой сейчас ребёнок? — увещевал Игорь, — у меня скоро диплом, ты на четвёртом курсе. У нас даже квартиры своей нет, через год дядя Вова вернётся из Китая и всё, к родакам придётся переезжать. Давай сначала встанем на ноги, тогда и можно.
— Ты думаешь, что через пару лет она у нас вдруг появится? — какая-то сомнительная логика.
— Баба Клава на меня завещание составила, — веский аргумент, ничего не скажешь.
— В принципе я согласна, рановато ещё, — она задумчиво теребила короткий ёжик волос на затылке, — вот только как-то стрёмно ждать смерти хорошего человека.
— А ты не жди, она сама придёт, — оптимистично заверил довольный муж и полез под халатик, — давай без презика, пока можно.
— Да иди ты, — отбрыкнулась Люба, — в следующий раз лучше зачехляться будешь. Где там твои деньги?
— Во внутреннем кармане куртки, — недовольно нахмурился, — завтра же вместо пар пойдёшь в больницу.
И она пошла. Сдала анализы, приехала в стационар, где её определили в палату к сохранёнкам и оставили ждать своей очереди. Тут-то девчонку и накрыло. Сначала разговоры: трепетные, полные страха за маленькие жизни. Удивительно, на что только не пошли эти женщины ради того, чтобы просто забеременеть. Одна гормоны пила, вторая легла под иголки к какому-то китайцу, а ей… ей просто так дали. Даже неудобно стало. В какой-то момент дверь распахнулась, и привезли каталку со спящей девушкой. Чёрные вьющиеся волосы, красивая вязь татуировки на бедре и кровавая тряпка между ног.
— Готовься, через полчаса твоя очередь, — равнодушным голосом сказала медсестра и вместе со второй лихо плюхнули девицу с каталки на кровать.
— Чёрт, клеёнка перекосилась, — ругнулась вторая и кинулась её поправлять.
Разобравшись с пациенткой, они, скрипя колёсами, подкатили каталку к Любиной кровати и оставили, сами же удалились на перерыв. Она с ужасом взирала на тряпку, стремительно напитывающуюся кровью. Когда ткань пропиталась до отказа, полилось на клеёнку. Зря они её поправляли, матрац она всё равно не спасла.
Девчонки притихли и боязливо косились.
— Не могли отдельную палату для них выделить? — возмущение вперемешку с презрением резали сильнее ножа, — мы тут на сохранении лежим, а нам под нос привозят такое![1]
