Пару мгновений меня сверлило несколько пар настороженных женских глаз, а затем в «команде поддержки» излишне глазастой уборщицы начались, так сказать, разброд и шатания. Часть замолкнувших было мамочек помоложе вновь начали свое щебетание, а спустя десяток секунд и бабульки принялись, группка за группкой, также возвращаться к прерванным разговорам. Оставшаяся почти без поддержки баба Таня еще несколько секунд настороженно пялилась на нас, а потом погрозила пальцем и, развернувшись, тут же, с налета, включилась в разговор двух соседок. Я облегченно выдохнул. Вот ведь вроде и не виноват совсем, а вполне могло прилететь. Среди собравшихся тех, кто знает бабусю, – почитай половина. Точно бы сообщили ей, что я «вожусь» с теми, кто «папиросы курит». За что немедленно последовали бы санкции. Причем именно не за то, что сам курил, а за то, что «вожусь» с такими. Я развернулся и смерил Козю уничтожающим взглядом. Тот уныло отвернулся. А что тут можно сказать – накосячил по полной. Не только сам едва не вляпался, но и нас почти подставил. А вот я – красавчик. Разрулил! Можно взять с полки пирожок. Ну, когда она у меня появится, эта полка…
Выждав минут пять, мы чинно спустились с горки и выдвинулись за угол одноэтажного финского домика, в котором размещались какие-то госучреждения. Сегодня они были закрыты на выходной, так что лишних глаз из окон можно было не опасаться… Козя шел, опустив взгляд, и угрюмо молчал.
– Ну и на хрена ты эту дрянь в рот совать решил? – поинтересовался я, когда мы завернули за угол и, отойдя чутка подальше, остановились.
– Чего это дрянь? – вскинулся пацан. – Нормальная «Прима». Ее все курят.
Я усмехнулся:
– Вот скажи мне, друг сердешный, тебе твой рост нравится?
Щеки Кози мгновенно полыхнули даже не красным, а бордовым, и он полоснул по мне ненавидящим взглядом:
– А при чем здесь…
– А при том, что твоя «нормальная „Прима“» является одним из самых лучших подавителей гормона роста. Как в принципе и любая другая сигарета. Поскольку все они содержат никотин. Но в «Приме», кроме всего прочего, еще туча всяких грязных смол и иных вредных компонентов, которые это действие еще и усугубляют! – Я сделал паузу, обвел взглядом ряд ошарашенно-округленных глаз и припечатал: – Так что если ты хочешь чем дальше, тем больше отставать в росте и развитии от других пацанов твоего возраста, то, пожалуйста, – можешь курить. И даже «Приму»!
– А ты откуда знаешь?
– Журналы научные читать надо! – припечатал я. – «Науку и жизнь», например. Или ту же «Химию и жизнь».
Про мою эпопею с «карате» во дворе были наслышаны, поскольку я прикидывал варианты, куда пристроить ту статью, не только с детдомовцами. Так что вопросов не последовало. Народ некоторое время молча переглядывался, слегка поеживаясь, а потом Никита, едва ли не самый крупный из нашей компании, осторожно уточнил:
– А если всего один раз курил и не в затяг – то тоже расти перестанешь?
Я покровительственно усмехнулся. Да уж, в этом возрасте у пацанов побыстрее вырасти – самая главная мечта. Ведь сколько интересного мимо пролетает из-за того, что ты «еще маленький». Даже если для своего возраста ты та еще долговязая дылда навроде Никиты…
– Если один раз и не в затяг – то нет. Да и даже если курить, то совсем расти ты не перестанешь. Просто будешь делать это медленнее, чем остальные. Ну и вырастешь меньше, чем мог бы. – Я снова сделал паузу и небрежно добавил: – Впрочем, есть способы, наоборот, ускорить рост, – после чего отвернулся и поднял очи горе, старательно наблюдая за Козей боковым зрением. Есть! Все – он мой! Но «подсекать» пока рано. Пусть мальчик дозреет…
– Да-дах! Да-дах! Да-дах! – Кулаки раз за разом врезались в газету. – Да-дах! Да-дах! Да-дах… – Шеренга пацанов, выстроившись вдоль щита, сбитого из старых досок, на котором висели ажно полдюжины старых и потрепанных газетных подшивок, старательно мутузила их стиснутыми кулаками. Спрашиваете, с какого хрена они этим занимались? Да потому что я их на это подвигнул!
