Второй тритен… Карвер, наверное, повторял его уже тысячи раз с детства. Уилл узнал движения – Вайолет исполняла ту же самую последовательность буквально вчера. Эта техника тянулась дольше первой. Стали слышны тяжёлые выдохи претендента на каждом взмахе. К тому времени, когда послушник закончил упражнение, казалось, что он едва держится на ногах и просто не сумеет продолжать. Весь амфитеатр замер на протяжении этой долгой паузы. Уилл уловил момент, когда Карвер собрался с силами и начал третий тритен.
– А если меч дрогнет?
– Этого не случится. Его кровь сильна, – ответила Беатрис.
Её слова переполняла искренняя вера в друга. Посеревшая кожа Карвера пошла пятнами, а из носа тонкой струйкой потекла кровь. Послушник продолжал выполнять движение за движением. Наблюдать за этим было всё равно что смотреть, как человек сунул кисть в огонь и удерживает её там, когда пламя уже перекинулось на кожу. Но ни разу рука Карвера с оружием не дрогнула, и он завершил последний выпад твёрдо.
Эмери и Беатрис подскочили со своих мест с возгласами радости и гордости. Старейшина улыбнулась со стула на краю арены. Два Хранителя быстро подошли к испытуемому, сняли с него пояс и поспешно спрятали обратно в ларец. Нужно отдать Карверу должное: он не упал от изнеможения, а выступил вперёд, чтобы встретиться лицом к лицу со Старейшиной, и снова преклонил колено. Уставшему юноше удалось сделать это грациозно и с достоинством.
Пожилая женщина смотрела на Карвера взглядом, преисполненным доброты и гордости.
– Ты прекрасно справился. Теперь время пришло.
Шесть Хранителей появились из арки, но, к удивлению Уилла, они были одеты иначе. Белые одеяния больше походили на мантии адептов, чем на привычные туники. Самым необычным казался символ на груди – чаша с четырьмя коронами. Такого облачения у Хранителей Уилл никогда не видел и полагал, что все они носили эмблему звезды.
Незнакомцы шли по двое, как было принято среди рыцарей ордена. Одеяния придавали им странный торжественный вид, а чаша в форме колокола на туниках будто сверкала. Карвер поднялся и отправился вместе с процессией из шести Хранителей. Вскоре они скрылись в арке.
– Что происходит? – спросил Уилл.
– Карвер принесёт обет, изопьёт из Чаши и вернётся, уже обретя дар силы, – ответила Беатрис. – Это самый тайный из ритуалов нашего ордена.
– Из Чаши? – переспросил Уилл.
– Чаша Хранителей, – пояснила собеседница. – Источник нашей мощи.
Это объясняло, почему шесть Хранителей носили на груди именно такой символ. Видимо, они были служителями, стражами этой реликвии. Но что означало для послушника испить из Чаши? Разум Уилла переполняли вопросы.
– Каким образом она может наделить силой?
– Никому не известно. Ни один послушник и ни один адепт никогда не видел обряд. Даже сам обет держится в секрете. Только те, кто прошёл испытание, знают о нём. Но говорят, лишь те, в ком кровь Хранителей сильна, могут выдержать великую силу, дарованную Чашей. Вот для чего необходима такая суровая проверка. Нужно доказать выносливость, прежде чем испить.
Взгляд Уилла снова обратился к арке в конце арены. Прежде он и не осознавал, что ритуал принятия в ряды ордена был сопряжён с таким риском. Хранители ведь и так уже пожертвовали многим! Вся их жизнь основывалась на самопожертвовании и самоотдаче. И они погибали в бою молодыми, тогда как адепты проводили годы в спокойствии. Лишь Старейшина приняла белое и дожила до преклонных лет.
Уилл думал о тихой самоотдаче Карвера, о смирении и храбрости, которые он проявил, когда на него надели пояс. Интересно, сколько часов тренировался послушник, чтобы научиться удерживать сосредоточение даже при полном изнеможении.
– Смотрите, он возвращается! – воскликнул Эмери. – Вон он!
Радостные крики и поздравления донеслись с трибун, когда прошедший испытание юноша показался из арки. Эмери и Беатрис обнялись, радуясь за своего друга.
– Ему удалось! – услышал Уилл возглас одного из послушников за спиной. – Он теперь Хранитель!
Карвер теперь носил одеяние Хранителя – белое сюрко с сияющей звездой – и казался преображённым, будто вышел из хризалиды[14]. Спокойный взгляд искрился счастьем и тихой гордостью. Но самой большой переменой была сама манера юноши держаться. Уилл с удивлением отметил эту разницу, некое новое свойство, внутреннее сияние. Словно Карвер удалился в сером, а Чаша перековала его заново, сделав ослепительно белым.
Новоиспечённый Хранитель стоял на арене, и вдруг к нему подошла незнакомая Уиллу молодая женщина и взяла за руки. Она тоже была одета в белое и казалась старше Карвера на пару лет. Длинные каштановые волосы были собраны в традиционную здесь причёску. Юноша и девушка торжественно обратились друг к другу и к толпе собравшихся.
Уилл с изумлением понял, что слышит клятву собратьев по оружию.
– Я буду оберегать тебя, как ты будешь оберегать меня, – произнесла напарница Карвера. – Спиной к спине мы будем противостоять тьме, вместе.
– Как думаешь, они когда-нибудь позволят чужаку пройти испытание?
