- Слушай, а у него съедобное мясо? – интересуется Пит. Китнисс пожимает плечами. Спустя несколько минут мы уже за обе щеки уплетаем зверька. Потом собираемся в травяной хижине. Финник обнимает за плечи Мэгз, пытаясь согреть старушку, а Китнисс с тревогой поглядывает на Пита. Звучит гимн Капитолия, и рука трибута из 4 дистрикта напрягается. Он прижимает Мэгз крепче к себе, и мы смотрим в небо. Небосвод украшают портреты, и при виде каждого нового лица Мэгз вздрагивает и с болью смотрит на Финника. Наверное, они очень хорошо их знали...
Искры гаснут, последний портрет исчезает, и наступает тишина. Я невольно думаю о этих людях, так жестоко обманутых Капитолием. Лица остальных мрачные, Китнисс с трудом сдерживает слезы, Мэгз же коротко всхлипывает, уткнувшись в плечо напарника. А потом я замечаю странное движение. На землю опускается парашют. Вода! Я порываюсь вскочить, но тут же одергиваю себя. Никто не шевелится. – Интересно, кому это? – наконец подает голос Китнисс. – Какая разница? – отзывается Финник. – Пит у нас чуть не погиб сегодня, пусть он и берет. Трибут пожимает плечами, развязывает веревку, и у него в руках металлическая трубка.
Странная пауза, во время которой никто не произносит ни слова. Каждый изучает предмет. Китнисс вертит трубку в руках и вопросительно оглядывает всех нас. Ну же, Сойка! Я сейчас умру от жажды!! Комментарий к Почти вода
====== Разговор по душам ======
Китнисс долго смотрит на непонятную штуковину, а потом ложится на циновку, прижавшись к предмету щекой. Она что, совсем тупая? Финник остается сидеть на страже, однако Сойка не спит, а смотрит в пустоту. А вот меня уже клонит в сон...
– Рита, Цеп мертв. Я не он. Я его двойник из твоего мира. И я не люблю тебя. Цепа больше нет.
- Выводная трубка! – вскрик Китнисс выводит меня из состояния полудремы. Наконец-то! – Что? – переспрашивает Финник. Сойка размахивает предметом и сбивчиво начинает рассказывать: – Это же выводная трубка. Что-то вроде обычного крана. Вставишь в дерево — и вытекает живица… – оглядывает деревья вокруг и неуверенно прибавляет. — Если дерево правильное. – Живица? – повторяет Финник. – Из нее потом делают сироп, – поясняет Пит. – Но здесь, наверное, будет что-то другое. Глаза Китнисс вспыхивают, и она, взвесив трубку на ладони, направляется к дереву.
Финник поднимает с земли камень и собирается вбить выводную трубку в ствол, но Китнисс останавливает его: – Погоди, так можно и повредить. Сначала просверлим дырочку. Мэгз протягивает девушке шило, Пит загоняет ее под кору, и я с Финником и Питом расширяю отверстие. Сойка вставляет трубку и отступает на шаг. Пересохшее горло молит хотя бы об одной капле. Я подаюсь вперед, ожидая увидеть струю воды.
Из трубки вытекает капля, Мэгз ловит ее ладонью и снова подставляет ее. Когда старушка напивается, ее сменяет Пит. Потом Финник смотрит на меня и великодушно пропускает вперед. Мы по очереди подставляем рот под струйку. Старушка приносит самодельную корзину, и мы несколько раз опустошаем ее. Пить – это такое наслаждение! Цеп рядом со мной с жадностью глотает. Наконец я понимаю, что не в состоянии ни проглотить ни капли. По лицу остальных понимаю, что и они уже не умрут. Только сейчас я осознаю, как сильно устала. Китнисс привязывает трубку к поясу.
- Я буду дежурить первым, – предлагает Финник. – Разбуди меня, как только устанешь, – похоже, даже Китнисс не в силах спорить. Сойка засыпает, а я придвигаю свою плетеную циновку ближе к Цепу. Тот тоже не спит, уставившись в потолок. – Можно с тобой поговорить? – тихо спрашиваю я. – Конечно, – Цеп улыбается, но внезапно его лицо мрачнеет. – Почему ты не сказала им, что в деревьях вода? – Тогда бы я изменила ход книги, – напоминаю я. – А я этого не хочу. И вообще, почему ты ее не прочитал?
Цеп вздрагивает и отводит взгляд. А я вспоминаю сон и внезапно понимаю... – Ты ведь на самом деле из мира Голодных Игр? – ужас охватывает меня целиком. Парень опускает глаза и кивает. – Так вот почему ты меня вспомнил? Ты на самом деле – Цеп, а не брат Ксюхи Стас! Но почему это произошло? Почему ты заменил его в моем мире? – Я не знаю, – виновато признается Цеп. – И ты не знаешь, вспомнишь ли ты меня опять, если вновь умрешь в этом мире, – убито заканчиваю я.
Парень притягивает меня к себе и целует: – Рита, я не хочу тебя забывать, – тихо шепчет он. – Значит, ты не умрешь, – я пожимаю плечами и, стремясь убедить юношу, что это легко, крепко обнимаю его. – Я не допущу твоей смерти. Цеп хмурится и сердито бубнит: – Я все равно тебя прикрою! Ты победишь! – Тебе определенно стоило прочитать вторую книгу! – я хохочу и вновь целую его. Парень явно не понимает, что происходит, но тоже смеется, зараженный моим весельем.
====== Туман ======
