- Ну это ты напрасно, пацан, - тухлым голосом изрек лысый, вскакивая с табуретки. Надо же, выдержка! Так и сидел все это время, наблюдал.
Быстрее молнии он метнулся к противоположной стене. Куда сунул руку, я так и не поняла - но вот уже в его ладони мутно блеснуло что-то металлическое.
- Стоять! - негромко скомандовал он. - Мозги вышибу!
На неожиданного визитера смотрел пистолетный ствол. Не разбираюсь в этих мужских игрушках. Кроме воспетых в старые советские времена нагана да маузера, ничего не знаю. Эта штучка явно была поновее.
- Дядя, брось каку, - сухо и даже как-то скучно сказал новоявленный бабкин племянничек. - Плохо кончишь.
Савелий Фомич лишь дернул тонкими губами. Потом дернул пальцем.
Думала, это бывает тише. Но грохнуло в лучших традициях ковбойских фильмов. Зазвенели осколки. Хрустальная бабкина ваза, поняла я с грустью. Расстроится старушка. Впрочем, будь на месте вазы племянник, она расстроилась бы куда сильнее.
Племянник, однако, вовсе не собирался меняться с вазой местами. Все случилось слишком быстро даже для моего обостренного восприятия. То он стоял над поверженным филологом, а вот уже обретается у противоположной стены, держит лысого двумя пальцами за челюсть. Причем пистолет валяется на ковре, а туфли Фомича болтаются сантиметров на десять выше пола.
- Я, блин, говорил, нет? Предупреждал? - доверительным тоном объяснил мужик и резко согнул ногу в колене. Фомич, отданный на волю гравитации, согнулся под прямым углом и рухнул на пол. А племянничек, примерившись, от души врезал носком ботинка туда же, в то самое деликатное место.
- Я вот чего думаю, нафига такому дети? - обернувшись к нам, посоветовался он. - Ничему хорошему не научит. Меня, кстати, Аркашей звать.
Он перевел дыхание. Облизнул губы.
- Ну нифига же пироги с котятами... Зашел, называется, чаю попить. Вы, ребята, погодите, я сейчас... только приборочку сделаю.
Он выдернул из розетки шнур утюга, поднял пистолет, и тот как-то вдруг растаял в его ладони. Потом легко, точно пластиковые мешки с мусором, ухватил бандитов за ноги и потащил во двор.
Не было его ужасно долго - минут десять.
Я замычала, чтобы привлечь внимание Босса. Если он сможет подобраться ко мне с креслом... Правая рука-то его свободна, только что ведь подписался на педофилию...
Увы, толку сейчас от него было немного. Лишь хрипло, со свистом, втягивал воздух. Исхитрившись, я чуть развернулась, чтобы изменить угол зрения. Заглянула ему в глаза.
Никакого выражения. Ну чистые стекляшки. Однако все же дышит. Главное, жив.
Вернулся в дом Аркаша.
- Вы простите, задержался... Надо было этих в чувство привести. Уж как-нибудь до джипа своего дочапают. Они его возле гостиницы оставили. Наверное, чтобы здесь не мелькать.
Потом он быстро и аккуратно разлепил мне рот, перерезал шнур скальпелем, коий должен был испортить мне красоту. Так же легко освободил от пут Босса.
- Встать можете? - заботливо поинтересовался он.
Я попыталась. Вышло лишь со второй попытки - тело затекло, мышцы сводило судорогами. Но все же перемоглась.
Аркаша меж тем положил Юрия Михайловича на диван. Расстегнул ему рубашку, приложил ухо к сердцу. Пощупал пульс.
- Обморок! - изрек он облегченно. - Обычный обморок. Нервный шок, такие дела. Бывает. Где-то тут у тети Вали аптечка имелась...
Он нырнул в старухину комнату и вынес оттуда коробку с баночками, скляночками и таблеточками.
- Пускай пока полежит. Все равно нашатыря нет, что толку так-то трясти? Ему вообще снотворного бы надо. Я знаю, в армии медбратом был, в санчасти. Пока давайте вами займемся. Пальчик протяните.
Он осматривал палец внимательно, хмурился и сопел.
- Да, дела... - изрек наконец. - Глубоко засадили. Ну да ничего, пройдет со временем. Хотя ноготь, наверное, слезет. Сейчас вот перекисью водорода, потом йодом. И пластырем залепим. Будете в городе, к врачу-то сходите. Мало ли...
Он вздохнул. По моим расчетам, самое время ему интересоваться, а что мы-то с Боссом делаем в теткином доме? И точно!
- Про вас-то мне уж сказали, еще на остановке. Мол, тетка-то дом продает, двоим москвичам, живут у нее пока что... Может, и правильно... ей уж под восемьдесят. Надо в город, к дяде Шуре.
Из этого я сделала вывод, что племянник-то он племянник, но внучатый. Оно и понятно - для родного уж слишком молод.
- Послушайте, Аркадий, - начала я, - а вы уверены, что эти ужасные люди не вернутся сюда с гранатометом? Потом ведь на ремонт тратиться...
Аркаша беззаботно усмехнулся.
- На все сто! Эти тараканы, небось, уже к Ветлужской чешут, под полтораста кэмэ. Очень я им не понравился. Вот, нашел! - облегченно вздохнув, он вынул из коробки упаковку димедрола. - Две таблеточки в самый раз будут... Сейчас в водичке растворим, дадим попить. К вечеру проснется как огурчик.
Не скажу что легко, но все-таки нам удалось напоить пребывающего в отключке босса.
- Пойдемте-ка на воздух, Ольга Николаевна, - предложил Аркаша. Кислородом подышим, поговорим...
Что интересно, я так и не успела ему представиться. Занятный у бабы Вали племянник.
11. По обрыву да над пропастью...
