И замкнется круг полностью

– Что за изверг построил ее такой высокой?

– Один талантливый французский скульптор. Говорил тебе, нужно было ехать на лифте. Какая разница, обнаружили бы нас или нет? Мифов в разное время ходило предостаточно.

Ох!

Оказавшись на верхнем этаже, мы окинули взглядами впечатляющий вид, открывающийся отсюда.

– Как скоро он появится?

Морские волны омывали берега острова, в пену разбиваясь о пирс.

– Должен быть здесь в ближайшие пять минут. Он придет вон за тем парнишкой в рваных джинсах и синей рубашке. Уилл Смит – будущий ученый и известный изобретатель, гений. Хотя по виду и не скажешь.

– Калеб, в этом времени мода такая!

– Очень удобно. Жаль, я родился позже. Тогда бы я в детдоме был бы самым модным.

Я на эти слова лишь покачала головой.

Ашер – очень пунктуальный мужчина. Темноволосый, худощавый, с орлиным носом и глубоко посаженными карими глазами. Когда Калеб загородил ему выход, он все понял.

– Ну что, поймали меня?

Когда его голос прозвучал на этаже, пятеро людей обернулись и зашушукались. Еще бы! Им надо было найти того, кто говорит. А вот Уилл прекрасно видел нас, видел и как Ашер завис в воздухе.

– Боишься? – хрипло спросил Калеб.

– Тебя? Размечтался! А вот ее стоит опасаться, – кивок в мою сторону. – Яр рассказал, на что она способна. Вам придется потрудиться, прежде чем получите меня.

– Вот и приступим! – усмехнулась я.

– Бежим! – завопил Смит и ринулся прочь вместе с остальными несколькими посетителями, все они с криками понеслись вниз.

Вот и делай после этого добрые дела!

Ашер воспользовался случаем и, выбив решетку, выбрался наружу прямо через окно, но дальше двинуться не смог. Сила Калеба держала его крепко, а моя пробиралась внутрь, к его жизненно важным органам.

Противник почувствовал изменения в своем сердечном ритме.

– За Лилию! Я терпеливо ждала.

– Не в этот раз, малышка, – прохрипел творец и, изловчившись, бросил в Калеба нож.

Тот вошел точно в сердце, и Родригес повалился на пол. А передо мной встал выбор. И он был очень простой. Спустя пару секунд я отпустила Ашера и кинулась к Калебу, а предатель, воспользовавшись своим даром, спикировал вниз.

Мы еще свидимся с ним. Земля круглая, а время бесконечное.

Применяя дар, я исцеляла своего творца, отдавая все, что можно, лишь бы успеть, лишь бы он жил.

Через несколько минут Калеб приподнялся и грустно мне улыбнулся.

– Я ценю, что ты для меня сейчас сделала.

На что я по-дурацки улыбнулась в ответ и сказала:

– Всегда.

И рухнула в забытье.

Я старалась привыкнуть к переменам в отношениях с Калебом, мы действовали согласно нашему плану, хотя это было и непросто. Больше прикосновений, больше тактильных ощущений, больше времени вместе.

Теперь мы расставались только чтобы поспать и помыться. Часто, развалившись на диване в моей или в его комнате, смотрели неопространственные фильмы или просто болтали, общались с другими творцами и хорошими знакомыми Калеба.

С каждой минутой я все больше погружалась в его мир, загоняла, сама того не замечая, себя в ловушку, затягивала на шее петлю. Хотя мы пока не заходили дальше объятий и не позволяли себе никаких откровенных прикосновений.

Утро я проспала, и ближе к полудню меня вытащил из постели Калеб, который на все попытки завернуться в одеяло и доспать отреагировал тем, что неумолимо поднял мое тельце и понес в ванную. Там, прямо в одеяле, усадил на край ванны и заявил:

– Сегодня очередной день, когда мы подрабатываем приманками.

– Что, снова экстрим? – простонала я, еще не проснувшись как следует.

– Тебе понравится, – подмигнул Калеб.

Каждый раз слышу от него нечто похожее, и каждый раз он норовит бросить меня под танк.

Но на этот раз мы не отправились в великие джунгли или на охоту, мы полетели развлекаться. А точнее, заниматься аэросерфингом в Большом каньоне. Каньон – одно из тех немногих мест, где есть возможность разгоняться с большой высоты и выполнять различные трюки.

Поняв, куда мы прилетели, я попросту отказалась вылезать из машины. Калеб спрыгнул с подножки и, посмотрев на меня, вздохнул.

– Вера, ну чего ты?

– Ты ведь знаешь, что я не умею кататься на аэродоске. И учиться не буду! – безапелляционно заявила я.

Творец, проигнорировав мои слова, вытащил меня из кабины.

– А если учить буду я?

Вися в его объятиях, я чувствовала, как улыбка расползается по лицу.

– Все равно что-то не хочется.

– Это еще один шанс показать близость наших отношений. Мне кажется, Алонсо еще не до конца уверен.