Мы пришли ко мне, и я действительно отправился готовить чай. Была уже полночь, когда мы пришли, и мы пили чай до четырех утра! Мы продолжали говорить обо всем, слушали музыку, я показывал свои рисунки и говорил, что когда-нибудь сам нарисую эскиз для своей первой татуировки. Я не решался сделать первый шаг и поцеловать ее. Я боялся, что она встанет и скажет, что ей уже пора, и тогда ничего нельзя будет исправить!
И вот, когда зазвучала какая-то очередная песня, я предложил посмотреть клип, и мы сели рядом, близко-близко. Она всем телом прижалась ко мне, и я просто обнял ее и поцеловал. И мы продолжали говорить, но уже о другом. Она рассказала о себе, о неудачном браке в Индии и многочисленных связях во Франции, которые ничем хорошим не закончились. Она говорила об этом просто, не пытаясь казаться невинной овечкой, но и не играя в роковую женщину. А когда я поцеловал ее второй раз, она сказала, что она ужасная мерзлячка, поэтому на ней надето двое колготок под джинсами и две кофты. А я просто ответил, что это все можно снять, и тут же начал снимать с нее одежду, одно за одним.
Мы занимались любовью до рассвета, и я боялся того момента, когда она скажет, что ей надо уйти. Примерно в одиннадцать утра она сказала, что ей нужно сходить к себе, взять кое-что, но что она вернется сразу же. Была суббота, мой ресторан был еще на каникулах, и Ратха тоже не работала.
– Нет, – сказал я ей. – Не уходи.
Я был в ужасе, потому что был уверен, что она уйдет и не вернется. Она прочла все на моем лице.
– Я сразу же вернусь, я обещаю, – сказала она очень серьезно. – Смотри, я оставлю это здесь.
Она протянула мне единственную вещь, которую я не снял с нее – цепочку с медальоном в виде головы Ганеши.
– Видишь, это мое любимое украшение, я оставляю его здесь, в залог. Я вернусь через час.
Этот час показался мне вечностью. Как только она ушла, комната показалась мне пустой. Через десять минут томительного ожидания я написал ей сообщение: «Так странно, что тебя здесь нет».
Она ответила: «Мне тоже странно, что я не с тобой», и я почувствовал, что меня наполняет счастье.
Она пришла, как и обещала, через час. Я не отпускал ее ни на минуту два дня. В понедельник у нас были дела, и нам пришлось расстаться до вечера. Как только она написала мне, что она уже дома, я побежал к ней. И как только я зашел, я сказал, чтобы она собирала вещи, потому что мы будем жить вместе у меня. А еще я добавил, что сегодня, так и быть, мы останемся у нее, завтра я вернусь к себе, чтобы сделать уборку и подготовить квартирку к ее переезду, освободить ей полки в шкафу, например. А ей остается собрать вещи на первые дни, а потом постепенно перевезти все, что ей нужно.
Я до сих пор не понимаю, почему она не сказала нет. Она действительно переехала ко мне, и с тех пор, вот уже десять лет, мы живем вместе. Мы сменили мою крохотную студию на более просторную, светлую, с террасой, а потом переехали в трехкомнатную квартиру, когда я защитил диссертацию, стал работать в адвокатской конторе, и нам стали позволять средства. Но мне плевать на квадратные метры и интерьеры, с ней я мог бы жить даже в картонной коробке, и при этом я чувствовал бы себя счастливым.
День 7
Я помню, почему я затеял ту уборку перед тем, как Ратха должна была переехать ко мне. Конечно, мою квартирку не мешало прибрать и отмыть, но дело было не только в этом. Я понимал, что когда она будет жить со мной, она сможет увидеть все, что хранится у меня, в том числе и женское белье, и косметику. Я боялся этого до ужаса. Я боялся потерять ее, боялся той же реакции, как у Момо.
К тому моменту у меня уже было немного женской одежды. Я помню, как вытащил все в центр комнаты и думал, что мне со всем этим делать. Я перебирал все свои скудные сокровища, и у каждого была своя история.
Свой первый комплект белья, трусики, бюстгальтер и пояс для чулок, я получил в подарок. Это было, когда я отошел от своего первого неудачного опыта с мужчиной и снова стал задумываться о том, что хочу ощутить себя настоящей женщиной, хочу побыть с мужчиной. Я опять отправился на сайты знакомств, но в этот раз стал осторожнее и разборчивее. Я начинал с переписки, пытался узнать человека получше, хотел понять, чего он хочет. Большинство хочет одного: быстрого одноразового секса, многие даже предлагали встретиться в общественном туалете или на парковке супермаркета. Некоторые вместо сообщения присылали мне сразу фотографию своего члена, реже – своей задницы. С такими я даже не начинал разговор.
Я понимал, что это будет история на одну ночь, но даже в этом случае я не хотел быстрого траха возле грязного унитаза. Я хотел хоть немного романтики. А самое главное, я хотел найти того, для кого я был бы не гомиком, а женщиной. Мне пришлось осознать, что многие гомосексуалы – такие же нетерпимые, как и остальные люди. Они часто ненавидят и унижают трансгендеров, не воспринимают их как людей. Это было еще одно неприятное открытие, еще один период депрессии.
