Грянула зима, та самая, ядерная. Она длилась недолго, однако теплолюбивым хватило и шестисот дней. Тропические леса погибли. Африканцы массово вымерли от голода и холода. Южная Америка и Мексика сохранили одну десятую населения. Индостан и теплолюбивые островитяне — ещё меньше. Так что всего полмиллиарда дождались потепления.
Обезумевшая от страха Канада согласилась на союз с Китайской Америкой. Они превратились в Конфедерацию Тотальной Благонадёжности и впитали обескровленные Мексику и Бразилию с сателлитами. Евразия создала Конфедерацию Контролируемой Благонадёжности.
Предложение чудом уцелевшей Норвегии: замириться всем и навсегда — было принято на общемировом совещании в Стамбуле. Турки с русскими договорились безжалостно патронировать любое население, какое только сумеют обнаружить на континенте. Индусам поручили Африку…
Примерно так можно было пересказать историю в общих словах. Но Лёшке досталась версия, как он только теперь понял, неприглаженная. Ему, спецагенту, робот медицинского комплекса предоставил полную картину. Мирные жители, полки и дивизии, гибнущие в огне ядерных взрывов, потоках напалма, вакуумных взрывах — поразили никогда не воевавшего парня натурализмом и простотой массовых смертей.
Самое страшное зрелище — промышленная зона после газовой атаки — едва не убило попаданца. Он сорвался, когда увидел конвульсивно бьющихся сторожевых собак, похожих на Гарду, как капли воды. Те гибли у своих будок рядом с бойцами внутренней охраны. Не сообразив, как остановить приём информации, Лёшка в ужасе закричал учителю географии, чей голос комментировал картину:
— Нет, так нельзя, прекратите! Да что же вы делаете, гады! Они-то при чём?
Вот и сейчас, уже придя в себя полностью, он не мог успокоиться. Гарда, как она там? Комплекс доложил, что всё готово, открыл ячейку в стене, выдвинул ранец наружу. Ухватив его за лямки, попаданец спросил:
«Как пользоваться?»
— Инструкция на внутренней стороне крышки, — ответ прозвучал сухо, словно медицинский робот остался недоволен чем-то, — применение максимальных доз не рекомендовано.
На этом напутствии второй визит попаданца в таинственное подземелье завершился. Лёва кряхтел под своей ношей — его рюкзак весил немало! — да ещё ранец приходилось нести, пусть и вдвоём с командиром. Лёшка сделал остановку, отойдя от медпункта совсем немного. Отыскав в своей клади запасное кепи, он показал спутнику, как включать экран ночного видения:
— И береги, это не навсегда, на время, понял? Задрал ты меня своим спотыканием! Ну, погнали!
Лёва, и впрямь, стал двигаться уверенней. На втором привале он привлёк внимание командира к надписи на стене: «Метро. До станции Магнитного баланса — 2,500».
— Я работал на той станции. Но туда не было метро, точно.
— Может, специальная ветка, — попаданец высказал соображение, основанное на прочитанных книгах.
Все авторы единодушно и добросовестно описывали супернадёжные бункеры для президентов или королей, в общем, для правителей. В любом приличном фантастическом государстве подобные укрепления непременно существовали. Естественно, добираться до тех убежищ всегда приходилось на метро. Почему здесь не быть такому же? Вот это подземелье явно сделано для президента и его охраны — наверху как раз правительственные развалины!
Лёва согласился, что да, вполне может быть и так:
— Наш президент самый умный за всю историю России. Не зря же мы его шесть сроков подряд выбирали? Он знал, что делать. А отрыть такую линию метро, секретную, если надо — запросто!
Что такого умного президент натворил — парень долго пытался вспомнить, но безуспешно. Насмешка командира его обидела. Посопев немного, Лев не стерпел:
— Нечего издеваться, я не виноват. Тебе бы так, без вапама, — но вдруг подозрительно насупился и задал вопрос. — А как ты узнал про это место? Ты же совсем чужой тут!
— Случайно, вот честно-честно!
Ляпнув это, попаданец спохватился. В суматохе сборов, битвы с тем зверем, суете благоустройства — ему так и не довелось рассказать про избиение. Теперь же и не хотелось. Загадочность исчезновения и появления в новом виде, по мнению Лёшки, только добавляла авторитета. Вот сейчас расскажет он этому аборигену всё, а героический ореол тотчас исчезнет. Нет, надо помалкивать!
— Узнал, и всё, — парень сурово, как настоящий командир, оборвал разговор, — хватит болтать, пошли дальше!
Они быстро добрались до колодца, откуда спускались в тоннель. Лезть с ранцем оказалось невозможно — пришлось оставить его внизу. Выбравшись наверх, Лёшка скинул рюкзак и поручил Лёве стеречь его:
— Я за ранцем, быстро!
Быстро не получилось. Руки устали, и немудрено — подъём, спуск и опять подъём! Плюс сломанные поручни, которые разбил или совсем снёс злополучный обломок. Приходилось тянуться через два, а то и три — замахаешься!
Ранец весил прилично, да и снаряжение Лёшкино тоже добавляло килограмма три, не меньше. Особенно пистолеты.
— Дёрнул же меня чёрт взять второй! И вообще, можно было оставить наверху, Лёве — всё легче было бы!