Хочу встать, разрушить их идиллию, но вовремя останавливаюсь, когда вижу знакомую морду мужика, которая сейчас выглядывает из-за пышных волос.
А вот это уже интересно.
Это разве не тот врач, что брал у нас анализы на тест ДНК?
Я, конечно, на мужиков не засматриваюсь, но козлиную бородку запомнил в прошлый раз. Так отчётливо, что теперь точно узнаю этого человека.
Не понял.
А почему они вместе?
И зачем моя суррогатная мать жалуется ему, что не может купить себе кофточку?
Хочу встать, подойти и потребовать объяснений.
Но я остаюсь на месте. Отворачиваюсь и пересаживаюсь так, чтобы меня не заметили. Внимательно слушаю двоих, играя в чёртового шпиона.
Когда вообще такое было?
– Странный он, – тянет мужик. – Ты всё же его ребёнком беременна. Мог бы и подкинуть баблишка.
– Да он мне уже давал. Причём много. Ты, блин, сам их тратил, между прочим. Машину мы на что купили, ипотеку я погасила? А тебе, братец, я мощный компьютер купила, чёртов ты задрот. Потому что тебя жаба душила!
Мне кажется – или сейчас мои глаза вылетают из орбит?
Как она его назвала? Братцем?
Это у него такое прозвище среди врачей или как?
– Плюс маму в санаторий отправила. Ты, кстати, ей звонил?
– Мамуля хорошо поживает. Отдыхает, попивает коктейли. Сказала, что навсегда остаться там хочет.
Где Вита?
Она бы сейчас меня остановила, чтобы я случайно не подорвался и не ударил кого-нибудь по лицу.
Хоть пока ничего и не понятно.
Я держусь.
Сжимаю стеклянный стакан пальцами. И включаю диктофон на телефоне, чтобы разговор записался. На всякий случай.
Если мои опасения сбудутся – я собираюсь отсудить у этой суки свои бабки. Мне не жалко, но кажется, меня развели как самого настоящего лоха.
– Ну, вот. Деньги нужны. А скряга этот не даёт. Представь, он мне тысячу прислал. Говорит, на витамины и аскорбинку.
– Хоть тысячу. За чужого ребёнка столько бабок получить – только моя сестра способна.
Каждое слово набатом бьёт в голове.
За****ь.
Они что, издеваются надо мной?
Всё же мои опасения сбылись. Меня нагрели.
Ребёнок не мой.
И только сейчас осознаю, что брат с сестрой, чтобы поиметь бабок, подделали ДНК-тест – и теперь сосут с меня деньги. Я правильно понимаю?
Но чёрт!
Помимо злобы и ненависти, я чувствую облегчение.
Не мой!
Не будет жить малыш в ненависти и равнодушии. Я ведь себя не знаю. Не в курсе, как отреагировал бы на нелюбимого и нежеланного ребёнка.
– Ну, так сестрёнка – гений, – хихикает Лена. Вот… Цензурных слов на неё не хватает. – Ничего. Сейчас прикинусь больной. Пойду к другу твоему, Пашке. Скажет, что у меня там проблемы, денег дофига надо. Ну и, если что, в долю его возьмём. Этот миллиардер столько отбашляет за карапуза. А потом, как родится, сбагрим. Я получу оставшуюся часть и… заживём!
Офигела вообще?
Чуть не подскакиваю.
Но опять задницу к стулу приковываю.
– Может, в суд подадим? Ну, типа: «Я мать, там, все дела. Хочу с ребёнком видеться». Он же ещё заплатить должен, чтобы ты от него отстала.
Интересно, сколько мне дадут лет за убийство? Если я сейчас всё же сорвусь.
– Не. Не получится. Мы же контракт заключили новый. Там написано, что не могу я потом на ребёнка претендовать. Сразу отказ. А если не сделаю – штраф такой, что он мне столько денег за три беременности моих не даст.
– Дура ты, Ленка. Надо было этого лоха ещё развести.
Да, мужик прав. Меня обвели вокруг пальца, как обычного лоха.
Но кто же знал, что она поведёт меня на экспертизу к своему брату. Вот сучка!
– Кстати, ты не пробовала найти того, от кого залетела?
Я пытаюсь сдержать злость. Хочу разбить свой чёртов стакан о пол и кинуть в этих двоих осколки. Жестоко, но очень хорошо передаёт моё желание убивать. Обоим бы шеи посворачивал.
Прямо сейчас бы со стула спрыгнул, пошёл бы к ним – и прописал хороших люлей.
Но я человек злопамятный. Да.
А ещё настроение у меня до жути плохое.
Виталина, помощница моя, беременна. Не от меня.
Замуж собирается скоро.
А я остался один. Даже ребёнка никакого не будет.
Поэтому я настолько зол, что превращу их жизнь в ад. Только вот чужого дитя жалко.
Ничего… Как только родится – органы опеки сразу его заберут и в нормальную семью отправят. Всё же не с этими махинаторами жить будет.
Найдут, к чему придраться – это я обещаю.
– Да не. Зачем? Я лицо его помню, но искать не особо хочу. Вообще, надо бы ему потом спасибо сказать. Мне так подфартило. В клубе тусила, всё жертву искала, кто сперматозоидами поделится. Но ладно, фиг с ним. План сработал. Так вот. Дверь в вип-комнату открыта была. Ну, я зашла, а он там пьяный вдрызг.
– Да-да, ты же уже рассказывала, – смеётся мужик. – Ты его во сне возбудила. И дело своё сделала.
Мерзость.
Брат с сестрой говорят о такой мерзости.
Того пьянчугу тоже жалко.
Лёг поспать, а ты уже отец через девять месяцев.
Капец тотальный.
– Ну, всё, хорош, – отмахивается.
Да, точно. Правильно говорит – хватит.
Сегодняшний день хоть только и начался, но уже чересчур насыщен информацией. Так что встаю и выхожу из бара.
Приезжаю домой, доедаю творожники, которые приготовила Виталина. С ней я разберусь чуть позже. А пока…
Звоню Лене.
