— Это задаток, — услышала я. — Баланс подведем позже.
Я повела правым плечом, давая понять, что условия приняты.
— Когда я должна приступить к работе? — спросила я.
— Завтра… На ферме.
— Где?
— У меня большое хозяйство, которое приглянулось какой-то банде. Я должна отстоять его с вашей помощью во что бы то ни стало!.. В свертке, который я вам только что передала, находятся документы — адрес, карта местности. Все очень подробно — как доехать, какими дорогами… Плюс, конечно, деньги.
— А что сейчас?
— Сейчас мы расстанемся. Не хочу, чтобы бандиты рассекретили вас раньше времени. Иначе они не дадут вам действовать.
— Это так серьезно?
— К сожалению, да. Это мощная организация, которая плюет на милицию и пытается добиться своей цели, невзирая ни на что.
— Понятно.
В конце концов, сколько можно помогать разным там коммерсантам, бизнесменам и прочим воротилам! Пора вам, уважаемая дочь генерала, встать на защиту обычных российских граждан. Правда, обычными владельцев поместий не назовешь, но все-таки это те люди, которые зарабатывают на хлеб насущный своими руками, а не чужими.
— Значит, завтра в девять часов утра я жду вас на ферме. Договорились? — спросила отважная фермерша.
— Могу приехать раньше, — предложила я.
— Не надо. Я знаю городских жителей. У них рабочий день начинается с девяти ноль-ноль. До завтра.
Кстати говоря, городские жители бывают разные.
Кто-то к полудню еле глаза продирает, а кто-то сутками не спит, выполняя свою работу.
Я купила монпансье и покинула кондитерский отдел, не оглядываясь. Конспирацию надо соблюдать до конца.
Я еще немного потолкалась по супермаркету, боковым зрением контролируя дальнейшие перемещения Александры Стольник. Она тоже не сразу покинула торговый зал, делая вид, что пришла не только за пряниками.
Выбрав удобную позицию, я попыталась вырвать из толпы хотя бы одно лицо, которое интересовалось бы Александрой Ивановной. Ничего похожего: посетители были заняты собственными делами, не обращая никакого внимания на мою новую клиентку.
По-моему, госпожа Стольник переиграла. Бандитам удобнее терзать ее на территории родного поместья, чем среди снующих туда-сюда покупателей.
Пора отправляться домой, чтобы основательно продумать план действий и собрать вещички. Возможно, мне придется проторчать на ферме Стольник не один день, так что стоит взять с собой ночную рубашку и купальник. Так.., кроме этого, мне наверняка понадобится оружие. Еще…
Размышляя на ходу о том, что мне может понадобиться на ферме, я вышла из супермаркета и направилась к машине.
Вот черт! Возле моего «жука» уже крутился инспектор ГИБДД, готовясь отвернуть номерной знак, — Минутку! — провозгласила я. — Что это вы собираетесь делать?
Кругленький мужичок лет сорока с усами, как у Буденного, увидев меня, засверкал глазами.
— Вы хозяйка этого «Шевроле»?
— Я всегда полагала, что это «Фольксваген».
— Это я вижу, написано на капоте. Просто мне нравится слово «шевроле». Французский язык, знаете ли…
Побеседовать о французском языке нам не удалось, потому что раздался оглушительный визг тормозов.
Я обернулась.., и увидела, как на выходящую из дверей супермаркета Александру Стольник на полном ходу мчится «Запорожец». Тот самый, за которым я пристроила недавно свою машину.
Раздался истошный женский крик.
Мы вдвоем с милиционером так и остались стоять, открыв рот. Его поразила неожиданность происшествия; меня же стала мучить совесть от сознания невыполненного долга. Не надо было мне соглашаться на завтра, ведь я же знала, что враг не дремлет!
— Я окажу первую помощь, а вы попробуйте задержать машину! — крикнула я. — Скорее!
— Ага… — чуть помедлив, откликнулся дядя.
Я бросилась к лежащей на асфальте Александре.
Артерия на шее билась очень слабо, мои пальцы едва чувствовали ее. Я подобрала ее вместительную сумку, подложила ей под голову и стала делать искусственное дыхание, вдыхая в ее прохладные губы воздух из своих легких.
Краем глаза я увидела белую «Газель», оборудованную под машину «Скорой помощи». Слава богу, кто-то вызвал «неотложку».
Подскочил врач и схватил руку Александры Ивановны.
— Дышит?
Я оторвалась от своей клиентки, едва переводя дыхание.
Тут же появились носилки. Я вскочила на ноги и стала метаться вокруг толпы.
— Отойдите все! Отойдите дальше!
Испуганные люди шарахались от меня прочь.
Если бы в этот момент я увидела хотя бы одну бандитскую рожу, то, клянусь, размазала бы ее по асфальту!..
Черта с два! Исполнители замысла были наверняка уже далеко…
Носилки водрузили в салон «Газели». Я, подобрав сумку несчастной фермерши, полезла следом, наплевав на собственный автомобиль, одиноко торчавший перед зданием супермаркета.
— Я буду сопровождать ее.
— Вы — родственница? — спросил молодой врач со светлыми редкими усиками над верхней губой.
— Да.
В этот момент у створок задних дверей машины показался тот самый инспектор, который хотел арестовать мою машину. Пришлось снова вылезать из «Газели».
— Поедете с ней? — спросил он.
— И как можно быстрее, — сказала я. — Что там с «Запорожцем»?
— Его бросили в двух кварталах отсюда. Видимо, пересели на другую машину.
